Наклоняется вправо. Вазу с невозмутимостью, присущей только ему, ловит нерастерявшийся Юнусов, который сидит по соседству с демоном.

— Сееели на местаа, 11 А! — требует Элеонора, срываясь на хриплый крик и закрывает дверь в кабинет.

Алена

О безответственности, нравственности и морали Элеонора трубила всю большую перемену, тем самым лишив класс и обеда, и «законного» перерыва на отдых. Представители популяции 11 «А» пыхтели, ворчали об ущемленных правах и громко бунтовали, но Пельш была непреклонна.

Воспитательную беседу пришлось выслушать всем без исключения. И Пилюгину, разглагольствующему о стремительно исчезающих в желудках «бэшек» столовских булочках, и Грановской, демонстративно доставшей профессиональный бокс с косметикой и развернувшей салон красоты на пару с подружкой Ангелиной. И даже Абрамову, который вообще грозился написать на учителя жалобу в департамент образования.

Элеонора стойко выдержав оборону, невозмутимо продолжала неприятный разговор с «почти взрослыми людьми», коими она нас окрестила еще в прошлом году. В дополнение ко всему, объявила о том, что пятничный классный час непременно состоится и будет посвящен теме: «Ранние половые связи и их последствия». Ввиду найденных на ее уроке предметов…

Боже!

— Лисицына, все из-за тебя! — спустя двадцать пять минут качает головой Беркутов, не обращая внимания на Элеонору Андреевну, распинающуюся об отсутствии ценностей у подрастающего поколения.

Краска опять ударяет в лицо. Сжимаю зубы до хруста.

Один только его голос заставляет чувствовать всю палитру отрицательных эмоций: бесконтрольную злость, лютую ненависть и безудержный гнев.

Это продолжается уже на протяжении двух лет. И по нарастающей становится только хуже. Полагаю, в выпускном классе он решил оторваться на мне в геометрической прогрессии…

Деревянная линейка в моих пальцах трещит и ломается напополам с характерным звуком.

НЕНАВИЖУ ЕГО…

Смешки. Шепотки и язвительные комментарии за спиной становятся все громче. Разве что ленивый не поучаствовал в обсуждении произошедшего. Да я сегодня — просто звезда, не иначе… Сперва унизительный денежный букет, а потом и… средства защиты.

Как только звенит звонок, вскакиваю с места и спешно выхожу из кабинета. Дальше по расписанию факультатив. Радует, что хотя бы там я смогу ненадолго выдохнуть и расслабиться. Потому что на седьмом уроке класс расходится по группам. И Дьявол, слава небесам, не в моей!

— Ален! — догоняя меня в коридоре, окликает запыхавшаяся Сашка Харитонова. — Держи, ты забыла.

— Спасибо, — благодарю, принимая увесистый учебник из ее рук.

Разворачиваюсь, чтобы уйти, но девчонка вдруг касается моего локтя, останавливая.

— Не расстраивайся ну… насчет того, что случилось на математике, — мнется она. — Я… сказала Элеоноре, что те штуки подкинул Абрамов.

— Не важно, Саш, — отмахиваюсь и дергано пожимаю плечами, ощущая как внутри осыпается тяжелый осадок от произошедшего на уроке.

— Еще как важно! — деловито поправляя очки в черепашьей оправе, запальчиво спорит она.

На губах непроизвольно появляется улыбка. Харитонова — тот еще правдоруб.

Пока она произносит пламенную речь о том, что наказан должен быть исключительно тот, кто виновен в содеянном, я любуюсь как солнечные лучи играют переливами на ее волосах удивительного, насыщенного, ярко-рыжего оттенка. Почти алого. Это выглядит так красиво, что невозможно оторваться.

Вообще для меня Александра Харитонова — эдакая темная лошадка. Она, как и большинство обучающихся этой престижной гимназии, из состоятельной семьи. У мамы — имеется сеть салонов красоты, а отец — занимает высокую должность в органах. Но при этом, как-то вот Сашке не свойственны такие черты характера как высокомерие, хвастовство и эгоизм.

Эрудированную, добрую и прямолинейную Харитонову не назвать жертвой прямого буллинга^[1], хоть ее, как и меня, цепляют периодически, но так-то и центром «золотого общества» Сашка тоже не является.

Держится по сути особняком. Всегда сама по себе, сколько я ее помню… Усердно грызет гранит науки, защищает себя при надобности и порой острит так, что уши в трубочку сворачиваются. В такие моменты даже главный шут класса Бондаренко теряет дар речи и бросает на коноплю (как он называет ее из-за наличия россыпи золотистых веснушек на щеках) восхищенные взгляды.

Одно могу сказать точно: кажущаяся маленькой и хрупкой Саша — вызывает у меня уважение, хотя бы потому что у нее всегда и на все есть свое собственное мнение. И да, ей плевать на то, что оно часто не совпадает с точкой зрения большинства.