– Приступай, Фабел. – Стефано кивнул мужчине, и тот, бурча себе что-то под нос, придвинулся к Диане и принялся протирать ее левое плечо спиртом.

Девушка тяжело вздохнула, наблюдая за ним, но чувствовала рядом энергию тела другого человека и успокаивалась. Следя за Фабелом, Диана поняла, что он собирается выбить ей крест, только смотря на оригинал. Как у него это получится? Ведь это тяжелая, кропотливая работа.

– Вы уверены, что сможете, не нанося трафарет?

Фабел недовольно посмотрел на нее, беря в руки иглу и вставляя ее в машинку. Стефано засмеялся:

– Не переживай, Диана, он мастер своего дела. Я привожу к нему всех членов «Morte Nera».

– Вам точную копию? – спросил мужчина и внимательно посмотрел на большой крест Стефано.

– Как близнецы.

Было так странно слышать от него такие слова, его поступок о многом говорил. Но Диана сейчас не могла об этом думать, она не могла думать ни о чем, кроме необъяснимого тепла внутри и сильного сердцебиения.

– Тогда запаситесь терпением, это будет долгая работа.

– Мы никуда не торопимся. – Синие глаза Висконти встретились с ее голубыми, заставляя сердце биться в разы чаще. Но как только Фабел коснулся машинкой кожи, Диана вскрикнула. Но взгляд не отвела. Было больно, но она терпела, слегка хмурясь, иногда пытаясь посмотреть на работу, но в то же время боясь отвлечь Фабела. Стефано сидел рядом спокойно, позволяя Фабелу смотреть на крест.

– Так странно, – прошептала Диана, чем привлекла внимание Висконти. – Крест и Дьявол. Парадокс какой-то.

Он улыбнулся, слегка щуря глаза:

– Кельтский крест – символ защиты. У меня самый большой крест, как у главы «Morte Nera», а значит, защита исходит от меня. У остальных кресты по рангу – у Антонио средний нанесен на локтевом сгибе левой руки, у Дилана и Майкла чуть меньше, чем у Антонио, тоже на локтевом сгибе одинакового размера, поскольку они занимают одинаковое положение в клане. У охраны маленькие кельтские кресты на запястье, показывая его, они предупреждают обидчика. – Стефано усмехнулся. – А почему «Черный Дьявол», я не знаю, в народе так прозвали. Может, из-за черных волос. Ну, а «Дьявол» – это уж не от хорошей жизни.

Диана внимательно слушала его, не обращая внимания на боль, причиняемую иглой. Самый большой крест по рангу – его. Теперь до нее начало доходить: что же тогда делают ей? Почему он позволил сделать такой же? Что подумает Антонио, когда узнает? Решит, что их босс свихнулся, раз позволил какой-то девчонке сделать большой крест.

– «Morte Nera» переводится с итальянского как «Черная Смерть». – Стефано засмеялся. – Может, поэтому я «Черный Дьявол».

– Мистика какая-то, – прошептала Диана и нахмурилась от очередного болезненного укола.

– Ты терпеливая.

– Не так страшна телесная боль, куда хуже – боль душевная.

Три часа Фабел корпел над рисунком, создавая шедевр. Диана устала от боли, но, смотря на синеглазого мужчину, понимала, ее усталость – мелочи по сравнению с его. Временами поглядывая на Стефано, она замечала, как он изменился внешне – под палящим солнцем Сомали кожа стала более смуглой, что делало его еще красивее, между бровями залегли две складки от того, как он много думал, принимая серьезные решения. Черные, слегка вьющиеся волосы отросли, и несколько прядей теперь спадали на лоб, Диане захотелось дотронуться до них, потом медленно провести ладонью по его лицу, касаясь небритой щеки, почувствовать ее колючесть.

Она закрыла глаза, отгоняя мысли прочь и, чтобы перестать думать о странных желаниях, спросила:

– В каком городе вы родились?

У нее была возможность узнать о нем больше, и она не хотела ее упускать. И если бы не Фабел, Диана задала бы много вопросов.

– В Милане.

– Так вы ездили домой?

Стефано взглянул на Фабела, который, казалось, не замечал их разговора, но все же молча кивнул. Диана поняла, что есть какая-то тайна, о которой он не хочет говорить.

– Там красиво?

– Очень. Там очень красиво.

Диана улыбнулась. Она нигде не была. Даже в Аризоне, куда уехала ее мать.

– Сильна итальянская мафия, – послышался голос Фабела, и их взгляды устремились на него. Он отвлекся от работы и пожал плечами. – А что я такого сказал? Это правда.

Через полчаса он закончил работу и обернул плечо Дианы пленкой:

– Придешь домой, снимешь. И на эту руку три дня никакой нагрузки.

Диана даже огорчилась: раз приехал ее босс, значит, он начнет ее мучить уже завтра. А если ей нельзя? Как же тренировки?

– Спасибо, Фабел. – Стефано протянул ему пачку стодолларовых купюр, и тот одобрительно кивнул:

– Любая прихоть за твои деньги, Висконти. Хоть и странная в этот раз.

Когда они садились в машину, Диана все еще ощущала боль, но старалась не подавать виду.

– Болит?