– Как в четвертой? – удивилась Диана. – Все же знают, что вы едете в первой.

Но тут до нее дошел смысл его слов. Он молчал, хитро улыбаясь и прищурив глаза.

– Глупая, – шепнул он ей, – неужели ты думаешь, что я буду направо и налево трезвонить, в какой машине поеду? Пусть думают, что в первой. Перед самым выездом я резко передумаю.

– Перестраховщик. – Она бы толкнула его, но остановилась на легком шлепке по руке. – Я, кажется, переживаю.

Стефано засмеялся, обнажая белоснежные зубы, и от этой улыбки Диане захотелось обнять его и упасть с ним на траву, чтобы целоваться всю следующую бесконечность. Как она могла забыть про то, что он любитель внезапности?

– Кому из них ты не доверяешь? – Она опустила глаза, пытаясь сделать вид, что цвет асфальта гораздо красивее цвета его глаз.

– Ты знаешь, – шепнул он, смотря на нее, – я никому не доверяю.

– А мне? – Диана подняла голову, снова встречаясь с ним взглядом.

– Я же тебе рассказал. Значит, тебе я доверяю. И сейчас еще больше, чем вчера.

Диана почувствовала румянец на своих щеках, вспомнив прошедшую ночь. Сейчас они стояли за стеклянными дверями здания, а значит, он не ее босс. Испугавшись этого, она сделала шаг назад и услышала его смех.

– Я не накинусь на тебя, можешь быть спокойна. – Он кивнул ей в сторону входа, и Диана, проследив за его взглядом, увидела за стеклянными дверями всех, кого только можно. Даже Дилан, который редко выходил из своего кабинета, заметив ее взгляд, раскрыл папку, которую до этого держал руках, и попытался сделать вид, что читает. Майкл с проводами в руках, улыбнувшись, опустил голову и направился на крытую стоянку. Улыбка Томаса так и не погасла, он лишь подмигнул ей, давая наставления Мэту, взгляд которого тоже был прикован к ним.

– Они что-то задумали, – прошептала Диана.

– Они сделали ставки на нас.

Девушка удивленно посмотрела на Стефано, пытаясь понять, шутит он или нет.

– Откуда ты знаешь? Может, им просто интересно.

– Дилану вообще ничего не интересно, а сейчас его глаза горят так, будто он вот-вот выиграет крупную сумму денег. Посмотри на Томаса: улыбается, в надежде выиграть ее уже сейчас. Майкл ушел, потому что ему не хочется проиграть.

Диана открыла рот от удивления. Она знала, что от него ничего не утаить, но чтобы настолько – это было просто невозможно!

– Поэтому, Диана, сегодня на сделке я пойму, смотря на Ахмада, хочет он меня убить или нет. И только если я буду уверен, что хочет, дам тебе знак убить его раньше.

Интересно, его враги знают о его таланте? Получается, они идут на верную смерть.

От одного упоминания Ахмада внутри все сжалось, и ей захотелось прижаться к Стефано так сильно, как только возможно. Но она не могла позволить себе такую роскошь.

– Пока мы стоим за дверями этого здания и пока тебя еще не прослушивают, я хочу кое о чем поговорить.

Диана занервничала, понимая, к чему он клонит, но лишь кивнула в ответ.

– Я… – Он запнулся, уже второй раз за сегодня. – Диана, я хочу, чтобы ты знала, я никогда не пожалею о том, что случилось этой ночью. Ты всегда была для меня особенной, прости, что не смог сдержаться. Ты, мой дом, моя футболка на твоем теле просто закончили мои мучения. Я впервые в жизни не сдержал слово, которое дал тебе и своим людям. Я обещал, что не прикоснусь к тебе, но оказался слишком слабым. Ты сделала меня таким, подчиняя мое…

– Нет! – вскрикнула она, прикладывая палец к его губам. – Не говори так! – Она тут же убрала палец и теперь грозила им, понимая, что так он пытается попрощаться с ней. – Ты прощаешься со мной? Стефано Висконти не может умереть! Я не дам тебе этого сделать. – Диана улыбнулась, чувствуя подступающие к глазам слезы. – Я подарила тебе самое дорогое, что у меня было, не для того, чтобы сейчас ты прощался со мной. Это несправедливо. Я хочу слышать твои слова после того, как через несколько часов мы встретимся в лесу. Ты обязан жить, Стефано, ради меня и для меня.

Ему так хотелось обнять ее, запустить пальцы в ее шелковистые волосы но, лишь кивнув, он прошептал, проходя мимо:

– Тогда у меня есть повод жить: ради тебя и для тебя.

Она почувствовала электрический разряд от прикосновения его пальцев к своей руке, но он тут же их убрал, открыл двери и вошел в здание:

– Что вы стоите, бездельники?! Вам нечем заняться? Майкл, поднимись ко мне в кабинет.

Даже оставаясь на улице, Диана слышала его властный голос. Да, это был он, ее синеглазый Дьявол, который меньше минуты назад шептал ей нежные слова. Теперь он глава «Morte Nera», он снова стал собой. Но идти сейчас за ним не было сил. Стараясь не поддаваться власти слез, Диана сжала пальцы в кулаки, чувствуя боль от ногтей. Кажется, она уже испытывала эту боль. Она была ей знакома, отрезвляла ее, напоминала о необходимости вернуться в реальность.