– Так ищите! Этого не может быть! – рявкнул он. – Я сровнял с землей весь север! Выжить было нереально!

– Грифа вообще нет в городе. Люди Найта видели его в аэропорту, и время его пребывания там соответствует тому времени, когда он покинул дом Дианы.

Глаза Дианы расширились от шока. Она смотрела перед собой, боясь моргнуть и понимая одну простую вещь – Гриф победил. Он оказался умнее Стефано Висконти. Он рассчитал каждую секунду с момента прихода к ней домой.

– Сукин сын, – стиснув зубы, прорычал Стефано, – я найду этого ублюдка, даже если потрачу на поиски всю жизнь!

Он обошел машину, сел рядом с Томасом на переднее сиденье и кивнул на дорогу:

– Поехали домой.

Машина тут же тронулась, унося их с места, где они оставили в холодной земле сына. Диана обернулась и видела, как удаляются светлые низкие памятники, люди в черном, которые пришли не для того, чтобы проститься с Лео, они пришли, чтобы быть поддержкой своему боссу. А может быть, даже и ей… Камилла и Фрэнк были единственными, кто знал ее сына лично.

Диана откинулась на спинку сиденья и задумалась, почему человек, сидящий впереди, вдруг резко передумал и посчитал Лео своим сыном? Но ответ был ей не важен. Лео нет. И ее больше ничего не связывает со Стефано Висконти.

Они приехали к нему в квартиру, Диана, как тень, прошла в спальню и села на кровать. Она снова наблюдала в приглушенном свете, как ветер играет с занавеской, и думала о Лео. Как теперь жить в этом мире, где нет того, кто был смыслом?

Дверь приоткрылась, и Стефано прошел к ней, сел рядом, взял ее ладонь и поднес к губам. Молча. Он часто целовал ее руки, ей всегда это нравилось, она чувствовала тепло его дыхания. Но не сейчас. Его теплое дыхание превратилось в лед…

– Расскажи мне о Лео, – прошептал он, – каким он был?

Девушка посмотрела на него, встречаясь с глазами такого же цвета, как были у ее сына. Она скучала по Лео. О, как же она скучала по его глазам, по его улыбке…

– Он много улыбался, – она все еще ощущала пальцы Стефано на своей ладони, – и очень любил сказки. И был очень привередлив в еде, – Диана слегка улыбнулась, погрузившись в воспоминания, – и он был очень похож на тебя.

Стефано опустил глаза. Она так и не поняла, почему: сожалел о том, что не видел Лео? Или все еще считал себя правым в том, что отказался от него?

Она не знала о том, что он чувствует. Но знал ли Стефано Висконти, что чувствует она?

– Я хочу побыть одна, – прошептала Диана, убирая свою ладонь от его руки и снова переводя взгляд на колышущуюся занавеску.

– Я найду Грифа, я обещаю тебе, он заплатит за все.

– Это не вернет мне Лео.

Стефано молча кивнул, понимая это. Не выдержав этой давящей со всех сторон тишины, Диана легла на кровать и поджала ноги, но его рука коснулась ее плеча:

– Это был и мой сын тоже.

– Ты его даже не знал, – тут же привстала она, вновь встречаясь со Стефано взглядом. Она впервые видела в его глазах сожаление.

– Я знал больше, чем ты думаешь. Я держал Лео на руках вскоре после его рождения.

Она помнила тот момент, когда проснулась, а Лео не было в кроватке. А когда Харт его принес, она почувствовала запах, который, к сожалению, никогда не сотрется из ее памяти. Сейчас она тоже ощущала его.

Девушка молча закрыла глаза и натянула на себя одеяло, не желая больше разговаривать.

Стефано оставил ее, тихо вышел из комнаты, прикрыв за собой дверь. А она лежала и смотрела на окно, думая над всем, что произошло за последние годы.

Диана поежилась, когда ветер подул сильнее, вызывая на ее коже мурашки. Она закрыла глаза, подумав о том, что Лео сейчас гораздо холоднее, и она уже не согреет его.

Ничего бы не случилось, если бы она не открыла дверь… Или нет! Уехала бы навсегда из города. Нет, нет! Грифа бы и это не остановило, он нашел бы их даже под землей. Его месть оказалась страшнее любой смертоносной болезни.

Диана привстала с кровати, смотря в никуда. Смысл жизни потерян. Лео был единственной надеждой вернуться к нормальной жизни без наркотиков, оружия, сделок. Будь проклят тот день, когда она зашла в здание «Morte Nerа», когда от страха за свою жизнь согласилась убивать. Это месть за все, что она совершила, лишенная воли любовью к человеку, который оказался не менее страшным, чем Джон Гриффин. Стефано Висконти погрузил ее в ад с головой, приводя в исполнение лишь свои планы. А теперь она корчится в муках от самой страшной боли, которую может испытать женщина, потеряв своего ребенка. И она совсем одна…

Девушка встала на ноги и будто под гипнозом, не видя ничего перед собой, подошла к двери. Распахнула ее и прошла в гостиную, отчетливо слыша голос Стефано – он находился в своем кабинете, скорее всего, разговаривал по телефону. Он занят, а значит, путь свободен. Диана схватила ключи от его «Лексуса», которые лежали на стеклянном столике, и вышла из квартиры.