Диана достала мобильный телефон, посмотрела на время и ужаснулась – прошло больше часа с тех пор, как она вышла из клуба. Стефано не получил ее сообщения, возможно, Дерек уже мертв! Но почему-то не хотелось его смерти! Пока нет! Еще рано!

Она тихо произнесла в трубку:

– Со мной все хорошо.

– Где ты?

Где она… На своем законном месте, рядом с их сыном…

– Я позвоню тебе через час. – Она нажала на отбой и засунула телефон в карман.

У нее не было желания кого-то видеть или с кем-то разговаривать. Хотелось сидеть в тишине, и даже сумерки, которые обволокли кладбище, не пугали. Здесь все мертвы, а бояться надо живых.

– Мне одиноко, – она посмотрела на ангела, который закрывал ладонями лицо, – после всего, что случилось, как я могу доверять людям? Господи, – взмолилась она, – дай мне сил.

Здесь, на кладбище, в тишине, Диану не волновало, что времени остается все меньше. Возможно, она не сможет выпытать у Дерека сведения об отце, и Стефано его убьет. Но у нее было предчувствие, что он убьет его в любом случае.

Диана выдохнула, коснулась пальцами мрамора, уже не ощущая холода.

– Даже не верится, что этот человек мог мне лгать. Он был таким доброжелательным и чувственным, таким ласковым и нежным.

Она задумалась, пытаясь вспомнить каждый момент, каждый нюанс их встреч. Он сразу рассказал ей о смерти матери, но умолчал о том, что убийцей мог быть его же отец. Боже! Он даже обмолвился о том, что у него был брат – Николас Гриффин, которого она убила в тот самый день, когда впервые увиделась с Дереком. Он знал, что его отец убил сына Дианы, и он наверняка был в курсе, что послужило причиной. Месть! А еще он отговаривал ее от мести своему отцу. А она, глупая, доверилась ему, рассказала так много. Диана вздохнула, начиная кое-что понимать: она рассказала ему немало, но он ни разу не использовал ее слова против нее. Он пытался отговорить ее от мести, возможно, не потому, что не хотел такой участи для своего отца, а потому, что преследовал иную цель. Но какую?

Да, придя сюда, на кладбище, она думала лишь об одном – как выпытать информацию о Грифе. Но, посидев и подумав, решила, что правда будет лучше. Она расскажет ему все, что знает. И попросит его тоже быть откровенным, рассказав свою версию. А если решит ее убить, то лишь облегчит мучения. Сам же будет наказан ровно через час после ее молчания – Стефано не даст ему жить. Дерек не уйдет далеко, его шансы на жизнь равны нулю.

– Пусть все будет как будет, – прошептала она, взглянула на ангела, опустила взгляд на могильную плиту и пошла к выходу.

Она не сомневалась, что Дерек ей не скажет о том, где находится его отец, если она будет хитрить или спросит напрямик. Он не скажет! Она не сказала бы тоже. Так пусть хоть узнает о том, что она в курсе его происхождения.

Набрав номер Стефано, Диана нервно произнесла:

– Это смешно – звонить каждый час! Наступает ночь, боюсь потревожить твою жену. Дай мне остаток времени без звонков.

– Нет, – твердо ответил он, – я не дома, можешь не переживать насчет сна Хелен. Договор между нами в силе, я уже начал выбирать оружие, но пришел в замешательство – пуля слишком мягкое наказание для сына Грифа. Моего сына он зарезал. Думаю, какой нож выбрать – ржавый или тупой, чтобы смерть наступала медленно и мучительно…

Диана остановилась, парализованная этим видением, шокированная жестокостью Стефано. Но он имел право на любую жестокость. Еще недавно она поддержала бы его и сама лично провела ржавым ножом по шее сына Грифа, но сейчас… Она с трудом представляла себя палачом Дерека.

– Повремени пока с ножом, – спокойно ответила она, – у меня есть еще время.

– Ты думаешь, что он за сутки тебе скажет то, что не сказал за время, пока вы знакомы? – В голосе Стефано слышались недовольство и нетерпение. Еще бы! Теперь есть над чем подумать и пофантазировать – изощренная казнь!

– Скажет, – уверенно ответила Диана и прекратила разговор.

Она ехала по темной дороге в сторону севера, минуя свой дом. Она ехала к Дереку. Ее дыхание сбилось, сердце стучало неровно. А что, если он приставит пистолет к ее голове? От сына Грифа вполне ожидаемо, но от Дерека… Нет! Она не верила.

Но когда остановила машину возле дома Дерека, вытащила «Беретту» из-под сиденья. Она надеялась, что сегодня этот пистолет не выстрелит.

Шла по ступенькам как на казнь, шаги давались тяжело, сердце стучало барабанной дробью. Господи! Она должна бежать и, тряся возле его носа пушкой, узнать от него все! Но продолжала идти медленно и вспоминала прикосновения Дерека, думала о своих ощущениях. Мерзко? Она не могла понять. Было хорошо, но повторения не хотелось. Теперь она ненавидела себя за то, что переспала с ним. Но главное даже не секс. Главное – ее душа, которая кровоточила, потому что швы разошлись.

Диана не поняла, как дошла, с трудом помнила, как нажала на звонок, пришла в себя уже тогда, когда встретилась с золотистыми глазами. Они, как солнце, лучезарные, но сейчас набежали тучи.