София пожала плечами. Она уже представила, что станет с ее несуществующей фирмой с таким начальником охраны.

– Не взяла бы… Но это не значит, что нет других мест для работы. Дворник, в конце концов, официант…

– Мы работаем, – тут же ответил он, – и дворниками, и официантами. Кто-то даже имеет свой магазин в нашем поселение. Но никто из жителей Нови-Сада не наймет на работу дворником цыгана. У Анхеля есть бар «Цеппелин», ты была там. Это единственное место, где могут работать наши люди. В остальных местах им отказали. Ромалэ – это клеймо, доставшееся нам от предков. Его не стереть. Многие цыгане зарабатывают слишком мало, а семьи большие, деньги, которые отдадут за тебя, пойдут на их содержание.

София закатила глаза, готовая взорваться. Слава богу, они приехали, и машина остановилась.

– Я – житель Нови-Сада. – не удержалась София. – Я – девушка, которая осталась сиротой и даже без должного наследства. Ромаль не подумал о том, что мне тоже нужны деньги на содержание?

Она хлопнула дверью и тут же оказалась в окружении других цыган. Здесь еще продолжался праздник, но София, не обращая ни на кого внимания, прошла к входу в дом и зашла внутрь.

– София! – подбежала испуганная Ясмин. – Что произошло? Где Анхель? Что с вами случилось? Мне сказали, что произошла авария.

Но Софии стало все настолько омерзительным, что она не желала отвечать. Даже не взглянув на Ясмин, она направилась в свою комнату. В коридоре ей встретилась бабушка Гюли. Старуха пронзительно посмотрела на девушку, но тут же получила колкий взгляд Софии. Ей стали все омерзительны! И она никому не верит! Все ложь! И бабушкины прогнозы насчет живота – тоже ложь! Скорее всего, некий ход, чтобы ослабить жертву. Цыгане прекрасные психологи! Ромаль это уже доказал.

София забежала к себе в комнату и закрыла дверь на замок.

– София! Что случилось? – барабанила Ясмин. – Открой дверь, прошу тебя! Что произошло? Где мой брат и мой жених?

София прижалась к двери и закрыла глаза.

– Оставь ее, внучка. – послышался голос бабушки Гюли. – Ей надо время. Иногда случаются такие вещи, которых ты никак не ждал. Но… Дальше ей предстоит очень много думать, и иногда сердце будет противоречить мыслям.

София замерла, услышав эти слова, тут же вспомнив о том, что произошло в том ангаре. Она была так зла на Ромаля, что совсем забыла о самом худшем, что там случилось – о близости между ними.

Тут же она ощутила на своих губах его мягкие губы. Зачем он ее поцеловал? Что правило им в тот момент? И почему она не влепила ему пощечину, а позволила продолжить? Почему, черт возьми, было приятно сидеть на капоте машины и, держась за плечи Ромаля, позволять ему проделывать с собой такие вещи… Как с проституткой.

– Боже, – простонала София и отошла от двери, желая избавиться от цыганской одежды.

Она сорвала бусы, и те с грохотом упали на пол. Следом за ними полетели серьги, потом красная шаль и, наконец, платье.

Она стояла посередине комнаты в одном нижнем белье, подрагивая от холода, и впервые за долгое время дала слабину и расплакалась.

Все остальное время до глубокой ночи София провела в своей комнате, не открывая даже Ясмин. Та принесла еду и чай, но, какой бы ни была голодной, София даже не встала с кровати. Пить хотелось, что греха таить, и рано или поздно придется выйти в туалет, но пока нет желания видеть всех этих людей. Цыгане ей не ровня!

За окном уже не шумели, общее веселье сменилось переживанием за Златана и Януша. Люди разошлись по домам, стало тихо.

Иногда София подходила к окну, отодвигала штору и смотрела на пустой двор. Машины Ромаля не было, значит, он еще в том поле зачищает следы. А может, «Мустанг» уже свое отжил и теперь ему место на свалке? Она усмехнулась, глядя в темноту, но потом вспомнила о пяти «БМВ», и улыбка покинула ее уставшее лицо. Он может взять любую из них! И наверняка таких машин у него еще много.

В дверь снова постучали.

– София, так нельзя. Ты умрешь от голода или обезвоживания, – раздался голос Ясмин. – Открой дверь. Клянусь, что ничего не стану спрашивать, просто поставлю поднос и уйду.

Какая она настырная! Приходит уже в четвертый раз. Почему так не переживает за своего жениха? Ведь тот в больнице, а виноват в этом ее брат.

– Мне ничего не надо от всех вас, – уже спокойнее произнесла София и снова выглянула на улицу.

Чего она туда все смотрит? Можно подумать, ей есть дело до Ромаля. Вообще нет! Просто интересно, вернется ли он домой, ведь люди Лазара могли вновь прийти за ним.

Кстати, как только она выйдет из этого плена, стоит подумать о том, чтобы встретиться с этим Лазаром. Она могла много чего поведать ему о Ромале. Можно даже объединить их силы против цыгана.