Он женился на женщине, которая никогда не подчинялась приказам, тем более когда дело касалось будущего родных. На своем будущем София поставила крест: она пройдет через ад, чтобы отомстить. Но прежде, чем уйти, должна убедиться, что с родными все в порядке. А еще он не учел, что ее голова в форс-мажорных обстоятельствах работает не на сто, а на целых двести процентов.

Стрелка на циферблате бежала, а в мыслях Софии рождался гениальный план. Ее губы медленно растянулись в подобие сардонической ухмылки. Девушка обернулась к семье, будучи готовой воплотить план в жизнь!

София вытащила телефон и нажала на номер Йона. Трубку поднял быстро, но она перебила его:

– Йон, нам надо как можно скорее продать «Обсидиан» и «Цеппелин»! Кому угодно и за любые деньги!

– Что ты такое говоришь, гаджо, – не понял Йон. – Мы же хотели их возродить…

– Все отменяется! Не будет казино – не будет денег, которые должны отдать Златану, а тот Александру. Нет казино и бара – нет проблем с полицией!

– Но на что ты будешь жить?

– За меня не переживай, денег на первое время хватит. А потом что-нибудь придумаем…

– С чего вдруг…

Но София, не дослушав последней фразы, уже отключилась. Взгляд у нее был задумчивый, брови нахмурены. Это рискованный, но необходимый шаг ради свободы.

– София, – произнесла бабушка, – ты лишаешь заработка не только Александра, но и всех цыган.

– Цыган больше нет. Они ушли, бросили Йона и Михея. На казино постоянно идут нападки. Доверьтесь мне, бабушка, я делаю все правильно. У меня есть кое-что, что приносит больше денег. – София вспомнила о Нико и онлайн-казино – ее личном, которое никто не отнимет. – Анхель не учел одного момента: я из любой ситуации найду выход. Даже из того лабиринта, в котором он нас запутал. Без денег мы не останемся, вы можете переезжать в дом наших родителей.

Роза завизжала и бросилась Милошу на шею. Он обнял ее так крепко, с такой теплотой и радостью, что для него самого это стало неожиданностью. Они оба засмеялись, как дети, которые радуются походу в парк аттракционов.

София улыбалась, наблюдая за ними, а потом перевела взгляд на бабушку. Та сидела поникшая, потупив взгляд на дрожащие морщинистые руки. София подошла к ней и обняла.

Все изменилось: люди, жизнь. Неизменной осталась только память о тех, кто однажды был важнее всего. Не изменилась и любовь к своим близким.

– Я обещаю, что вы ни в чем не будете нуждаться. Мы все будем рядом. А хотите, мы выделим комнаты Михею и Йону? Только у Йона семья, и он вряд ли захочет переезжать.

– Мой дом не в городе, – произнесла бабушка. – Вам, молодым, хочется учиться, получить специальность, найти работу. А что я? Разве я смогу жить в дорогом особняке посередине города, где кругом машины, дороги и бетонные стены? Мое место вдали от этого – там, где много зелени, тишина и покой. Если мой внук решил, что у Златана мне будет лучше, я доверяю его мнению. Я поеду туда и буду успокаивать себя тем, что однажды мы все соберемся в этом доме, за этим столом и будем завтракать по утрам кашей. А если такого не будет, значит, хотя бы помечтаю.

София присела на стул. Она больше не улыбалась. Милош и Роза тоже притихли. Все смотрели на бабушку, а та снова опустила взгляд и стала вытирать слезы с щек. Плечи старушки дрожали.

– Не могу поверить, что мой внук больше не с нами. Я не верю, что он так легко мог расстаться с жизнью, которую любил.

Это было больнее удара ножом в сердце. Любое воспоминание об Анхеле, сопровождаемое слезами и словами о том, что ему хотелось жить, лишали Софию воли, делали из нее тряпичную куклу. Она буквально теряла контроль и впадала в оцепенение. Теперь не стоит думать о прошлом, надо сконцентрироваться на настоящем. Наступили сложные времена, нельзя давать волю эмоциям. Маска, которую София на себя натянула, – маска сильной женщины – вдруг спала. В груди защемило с такой силой, что хотелось выть. Девушка сглотнула тяжелый ком, который душил, и вдруг выступили слезы. Анхель – ее слабое место, мысли о нем забирают все силы. Она не может обнять бабушку, утешить ее, потому что у нее не получится: разревется в голос, свалится в бездну и снова станет беспомощно лежать в своей комнате. Вернее, в их с Анхелем комнате.

– Бабушка, – первой опомнилась Роза, которая быстрее всех взяла себя в руки, – нам надо жить дальше. Думать о себе. Прошу тебя, не уезжай к Златану. Подумай о том, чтобы переехать в город. А может, ты хочешь остаться здесь? Я останусь с тобой в этом доме и, когда меня возьмут в школу, буду ездить в город с Софией. Но тебя не брошу.

Девушка уткнулась бабушке в шею, а Милош обошел стол и положил руку на плечо Софии.

– Ты оставайся здесь, – бабушка ненадолго пришла в себя, – с Софией. Михей и Йон за вами присмотрят. А я поеду к Златану, как и хотел мой внук.

– Ты уверена? – застыла Роза.

– Уверена. Я должна исполнить его волю.