Он убрал охрану, убедившись, что ей ничего не угрожает. Гриф на время уехал из города. Это была отличная новость — он не будет мешать им работать. Судно уже стояло в порту, ожидая разгрузки. Переговоры с перекупщиками велись так часто, что Диана не видела Стефано уже неделю. Слишком долго. Они говорили только по телефону, а иногда она даже не рисковала ему звонить, чтобы не беспокоить. Тренировалась она по утрам в одиночестве, уезжая за город на своей новой «Инфинити». Попадая точно в цель с большого расстояния, она ликовала. Стрельба из винтовки давалась ей непросто, но все же она смогла. У нее получилось. Но так ли все будет в жизни, когда вместо мишени будет стоять живой человек?..

Диана ходила по еще пустым залам будущего ночного клуба и, вернувшись к лестнице, присела на доски. Она решила сделать два зала и рисковала получить неодобрение со стороны главы «Morte Nera». Но он был настолько занят, что, если она попросила бы пять, Стефано молча бы выписал чек.

— Ты вся в побелке, — прошептал мягкий баритон возле уха, выводя ее из задумчивости.

Она уже забыла его голос вживую.

— Я здесь забываюсь.

Она не врала. Концентрируясь на ремонте, она забывала себя, его и работу.

Стефано присел рядом, не боясь испачкаться.

— Здесь красиво. У тебя получается лучше любого дизайнера.

Диана засмеялась:

— Здесь же ничего нет.

— Помнишь, как мы первый раз приехали сюда? — напомнил ей Висконти. В тот день она впервые села в его машину. Она боялась его и жалась к двери. Сколько времени прошло с тех пор? Сколько долгих и бесконечно быстрых месяцев?

— Тогда вы сказали, что это еще не клуб, а только груда кирпичей.

— Да. — Стефано улыбнулся, и эта улыбка согрела ей сердце. — Что ты хочешь здесь сделать?

Она задумалась.

— Что-то новое для людей и родное для вас.

— Необычно. Так же, как ты сама.

Диана повернулась к нему. Он считал ее необычной?..

— Когда? — спросила Диана и была уверена, что Стефано поймет. Она имела в виду сделку с Ахмадом — свой дебют.

— Через пять дней. Пойдем. — Он взял ее за руку и повел из помещения на свежий воздух.

Солнце теплыми лучами коснулось ее лица, но даже оно не грело так сильно, как его рука. Рабочие оглядывались на них и делали выводы. Это порадовало Диану — может, хоть так она найдет управу на этих бездельников.

Она на своей машине следовала за черным «Лексусом». Стефано направлялся за город, в сторону «Кречета», и вскоре остановился у знакомого домика, за которым стояли мишени.

— Зачем мы здесь?

— Диана, мне надо с тобой поговорить.

Эти слова насторожили ее. От них веяло холодом и… смертью. Стефано, минуя домик, пошел вперед, к полигону для стрельбы. Она неуверенно пошла за ним. Диана слишком хорошо понимала его взгляд. Сейчас он был каким-то отрешенным и озабоченным, холодным и жестоким. Это пугало ее.

— Что вы хотите? Что вы задумали? Вы не убьете меня?

Висконти обернулся к ней и улыбнулся. Диана выдохнула, поняв, что лично ей ничего не грозит.

— Диана, ты стреляла по мишеням много месяцев, но это совсем не то же самое, что в реальной жизни. Убить живого человека — сложно. Это совсем другое. Твоя рука дрогнет, и ты не нажмешь на курок. Я должен быть уверен, что ты сможешь это сделать. — Он подошел к ней совсем близко, не отрываясь смотря в ее глаза. — Докажи свою готовность.

Она в ужасе сделала шаг назад, не веря своим ушам. О чем он говорил?..

— Как?

— Я не заставляю тебя сейчас убивать человека. — Висконти усмехнулся. — Хотя такая идея приходила мне в голову. Убей хотя бы собаку.

Он показал ей на рыжего пса, радостно виляющего хвостом, и Диану замутило от ужаса. Или от его жестокости. Стефано достал пистолет, пальцем снимая с предохранителя, и протянул ей:

— Стреляй.

Одно его слово — чья-то жизнь. Пусть собаки, но жизнь! Диана облизнула пересохшие губы. Почему это не сон? Почему не страшный кошмар? Она хочет проснуться! Но все происходило наяву. Крепко держа в руках пистолет, она чувствовала, как дрожат ее руки. Он прав — она не может.

— Я не могу! — закричала она, смотря в его холодные синие глаза.

— Можешь! Учись! — Его голос эхом пронесся в ее мозгу. — Стреляй!

Диана попыталась нацелиться на животное, которое ничего не подозревало, бегало и резвилось в траве. Но она не могла! Не могла убить того, кто достоин жизни.

— Это всего лишь собака, Диана, — прогремел голос Стефано, — у тебя не будет столько времени думать. Мой приказ — твой выстрел.

Чувствуя, как от отчаяния рвутся наружу слезы, она готова была уже все бросить и бежать, но внезапно ощутила его руки на рукоятке пистолета. Он сильно сжал ее пальцы, направляя пистолет на собаку. И как только выровнял, отпустил.

— Стреляй.

Сердце бешено стучало, Диана начала задыхаться. Бог ее не простит! Он не простит ее даже за то, что она села в чертову машину, вручив этому дьяволу свою жизнь. Она сама во всем виновата. Она связалась с ним, и, о боже, самое страшное, что могло случиться, — она влюбилась в него. Как безумная.

— Стреляй!

— Он не в чем не виноват. — Смотря сквозь мушку на рыжего пса, дрожащими губами прошептала она. — Я не могу убить беззащитное животное.