— А возможно, нет и он где-то близко.

— Я надеюсь, что он никогда не вернется и ты перестанешь думать о мести и начнешь жизнь с чистого листа.

Дерек встал и отправился на кухню, а Диана осталась сидеть на кровати, задумавшись над его словами. Он был прав, она это прекрасно понимала, но еще свежа боль от воспоминаний. Хотелось наказать убийцу. А что, если Гриф и правда никогда не вернется? Она будет думать о нем всю жизнь?

— Я начну жизнь с чистого листа только после того, как убийца будет наказан. Неважно, как это произойдет, неважно, кто это сделает, но я хочу увидеть его смерть своими глазами. Только после этого я смогу начать новую жизнь.

Диана говорила это, глядя в одну точку, она даже не увидела, что Дерек вернулся и наблюдает за ней. Ей было все равно, что он почувствовал и что он подумал.

Они ехали домой почти не разговаривая, звучала музыка, скрашивая неловкость момента. Диана понимала, что он обижен ее словами, но чего он хотел? Так просто вошел в ее жизнь и пытается ее изменить.

— Если я что-то значу для тебя, ты должен принять меня такой, какая я есть, — эти слова она бросила на прощание и скрылась в подъезде своего дома. Его машина уехала сразу — Диана видела в окно подъезда. Если Дерек не вернется, она его поймет и простит. И будет долго помнить минувшую ночь как одну из самых ярких в ее жизни. Только один момент ее напрягал: там, в ванной, все случилось так неожиданно, что они не подумали о предохранении. Она не переживет, если забеременеет, Гриф уже доказал, что ее потомкам не жить на этой земле! Страшно? Да! Безумно! Она не хотела подвергать своих детей опасности. Боже! Она думает об общих с Дереком детях?! А в голове эта картинка не складывается. Для нее существует только один ребенок — Лео. И вряд ли она готова снова стать матерью, морально точно нет. Не сейчас. И наверное, больше никогда. Надо было заехать в аптеку и купить экстренную контрацепцию. Она так и сделает, но позже, время еще есть.

Сейчас нельзя было думать о личном, надо было переходить к другим делам. По дороге домой она получила сообщение от Майкла, который так и не дозвонился вчера.

В сообщении был написан адрес: Каннс-сквер, 22, в 7 вечера. Ни слова больше. Не факт, что этот адрес прислал ей Майкл, но хотелось верить в лучшее.

Диана не стала заходить домой, не было смысла тратить время.

Единственное, что могло ее задержать, так это пистолет где-нибудь под подушкой в ее постели. Но она же ученица Стефано Висконти, поэтому ее пистолет под сиденьем автомобиля.

Она приехала вовремя, понимая, что солнце уже опускается к горизонту и окрашивает город в рыжий цвет. Еще полчаса — и начнет темнеть. Поблизости не было никаких машин, что вызвало недоумение. Для собственного успокоения Диана достала из-под сиденья громоздкий пистолет FN Five-seveN, полученный от Тодда. Выругалась, лучше бы это была привычная Beretta. Но выбирать не приходилось, у нее не было денег на дорогое оружие.

Пока она рассматривала пистолет, дверь открылась, и Майкл сел рядом с ней, уткнувшись в дуло FN Five-seveN. Диана отвела пистолет и виновато улыбнулась:

— Прости, надо быть всегда начеку.

— Понимаю, — выдохнул Майкл, — я принес тебе винтовку.

— Которую у меня забрал Висконти?

— Шутишь? — криво усмехнулся Майкл. — Чтобы он потом меня из той винтовки пристрелил? Нет, эту я взял в подсобке, надеюсь, что никто не заметит.

— Зная Стефано, мне кажется, он уже заметил, — съязвила Диана, но, увидев замешательство Майкла, решила его подбодрить: — Ему не до винтовки, расслабься. Наверное, ищет себе место на кладбище.

Она произнесла эти слова и сама нахмурилась, представляя эту картину. Тут же качнула головой и отогнала видение:

— Кроме винтовки, есть еще новости?

— Тренируйся не на выжженном поле, пожалуйста, у меня нет фабрики по их изготовлению.

Диана кивнула, понимая одно: она вообще не будет тренироваться. А зачем? Ее роль в этом спектакле — быть зрителем с винтовкой в руках.

— Без проблем. Остальное не изменилось?

— Нет. Встретимся на этом месте во вторник, придется держать связь, поэтому проводов не избежать. Кстати, — Майкл перевел взгляд на Диану, — пришлось сказать Антонио. Я не могу заниматься самодеятельностью, сама знаешь, что мне за это будет. А так будет ему! — Он натянуто улыбнулся.

— Хитер, что могу сказать, — оценила Диана, — и что думает по этому поводу Антонио?

— Рад любой помощи, потому что Колин Дуглас — сущий дьявол.

— Хуже дьявола, чем Стефано Висконти, быть не может.

Майкл поежился, от нее это не ускользнуло. Наверняка так же поежился Тодд, когда она спросила его о Дугласе. Кстати, Тодд… Он так и не позвонил ей. Похоже, струсил. Ну да теперь все равно, она узнала, что хотела. А скоро узнает главное и прямо из уст самого Колина Дугласа.