Она снова встретилась с ним взглядом: его глаза, которые всегда сверкали, как у ее сына, которые однажды стали для нее чернее ночи, сейчас утратили блеск. В них читалась паника, смятение и трагедия…

Трагедия! Нет! Диана, не отрываясь, смотрела в его глаза, прислушиваясь к звукам в доме. Лео не плакал, не звал ее…

Вспоминать не хотелось, но память возвращалась. Она четко помнила, как открыла дверь… Она помнила грубые руки… Сейчас Стефано держал ее за плечи, пытался обнять, и его руки не были грубыми. Он шептал ей какие-то слова… Она плохо различала его речь… Но помнила, как холодная сталь врезалась в тонкую кожу на шее ее сына…

— Лео! — вскрикнула Диана, снова попыталась встать, но оказалась в объятиях Стефано Висконти. — Он убил его… Убил… Убил моего сына!

Впервые хотелось задохнуться в своих же словах, впервые не было слез, впервые не хотелось кричать, впервые она поняла, что Гриф убил не ее сына, а их вместе!

— Диана, — Стефано взял ее лицо в ладони, его взгляд был рассеянный, между бровями залегла глубокая складка. Диане показалось, что Стефано стал выглядеть старше. — Кто здесь был?

Она отвела взгляд в сторону манежа, туда, где оставила Лео. Может, он молчит, потому что спит?

— Диана! — рявкнул Стефано, и она тут же посмотрела на него. — Кто здесь был?!

Она вздрогнула, смотря на него широко открытыми глазами, но ничего не видя перед собой. Она слышала крик Лео, видела ухмылку Грифа, помнила боль, заставляющую согнуться пополам… Но ее подняли, чтобы она видела все до конца… Громкий крик Лео, и вдруг… Резко стало тихо!

— Гриф. — Она схватилась за плечо Стефано, крепко сжимая его рубашку, но не чувствуя боли в пальцах. — Он убил Лео…

— Ублюдок. — Стефано произнес слово медленно, почти шипя. Диана попыталась встать, хотела кинуться к манежу… Но Висконти не дал ей этого сделать. Лишь сжал в объятиях крепче, руками зарываясь в ее волосы. — Не надо, не вставай.

Он не давал ей подойти к ребенку… К ее Лео… К ее маленькому Лео. Она так нужна ему сейчас…

— Отпусти меня! Там мой сын… — Она пыталась высвободиться, но Стефано лишь крепче сжал ее.

— Стеф! — в комнату влетел Антонио, за ним забежал Томас. — Что случилось?

Молчание обоих вынудили Антонио заглянуть в манеж:

— Матерь Божья!

Диана видела шок в его глазах. Такой же испытал Томас, буквально отпрыгнув от манежа.

Диана снова взбрыкнула, но по взгляду Антонио уже поняла: Лео мертв! Она до последнего верила, что все это — сон… Что он спит… Но…

— Нееет!!! Нет!!! Нет!!!

Хотелось плакать, рыдать, кричать в голос, но слез не было. На ее лице отражался лишь ужас.

— Позвоните Харту! — рявкнул Стефано. — Позовите Майкла! Пусть готовит взрывчатку! Пусть установит ее на территорию Грифа! На все его суда! На дорогу, которая разделяет север от нас!

— Стеф, но…

— Это приказ! — Висконти обернулся, сверля взглядом Антонио. — Гриф убил моего сына. Ему конец!

Диана лежала на мягкой кровати в квартире Стефано и смотрела, как колышется от легкого ветра занавеска. Она наблюдала за ней, но не видела ее, чувствовала лишь холод. Единственное, что она еще могла чувствовать. Холод… Больше ничего. Еще она слышала разговоры за закрытой дверью: доктор Харт докладывал Стефано о всех уколах, что сделал ей. Диане было все равно, что это за лекарства, но хотелось принять дозу яда, закрыть глаза и никогда больше их не открывать.

— Я приготовлю все к похоронам… — Даже голос Антонио за дверью, произносящий эти ужасные слова, не тронул ее сердце.

— Не надо. Я сделаю все сам.

Она слышала голос Камиллы, совсем рядом, та гладила ее по волосам и что-то шептала. Но Диана не разбирала слов. Это был пустой шепот. Марта несколько раз заходила и пыталась напоить ее чаем. Но больше не существовало ни вкуса, ни запаха. Все резко стало безликим и черно-белым, пустым и холодным. Лишь блеск лезвия ножа изредка проносился в памяти… Крик Лео, который заглушал ее собственный крик… И чьи-то крепкие руки… Они сдавливают ее тело, а она вырывается… Но уже поздно… Лео больше не плачет.

Яркие вспышки за окном рассеяли ее видения, Диана приподнялась на кровати, наблюдая странную картину: одна за другой возникали вдалеке вспышки, и она отчетливо слышала грохот. Тот самый звук, который на секунду привел ее в сознание. Она вскочила с кровати и босиком, шатаясь, прошла к двери. В голове гудело, а грохот заставлял вздрагивать. Распахнув дверь в гостиную, она увидела Стефано, он стоял возле окна и даже не обернулся к ней. Он смотрел вдаль, на пекло, которое сам создал. Диана отчетливо видела языки пламени и черный дым… Дьявол разрушал ее город, насильно разделял территорию, силой брал врага вместе с обычными горожанами. И впервые ей было все равно. Казалось, сердце уже не стучит. Нет ни переживаний, ни чувств, ни эмоций.