Я улыбалась и наблюдала за тем, как мальчик ногой барабанил по траве кладбища. Я наблюдала как духи стали делать тоже самое, ожидая постоянного ритма чтобы танцевать. Они не находили его в этой песне, но Билли не подвел бы со следующей.

Я разрезала плоть на руке и прошептала связывающие заклинание наоборот, чтобы освободить душу Чандры.

Я ощутила гнев, вкус предательства, испытываемый ею во время убийства. Когда она пробивалась, исходил блестящий зеленый шквал огней и тогда душа Чандры взорвалась, посылая всюду искры, разлетаясь на тысячи различных частиц.

– Какого черта? – спросила я призрака, который все ещё не обращал на меня внимания, словно кто-то просто не взорвался на мелкие кусочки эктоплазмы. Я закрыла глаза и покачала головой прежде чем их снова открыть, когда музыка стихла и все остановились и уставились на Билли.

Он остановился, повернул свое маленькое ангельское личико в сторону кустов. Я тоже повернулась в том направлении, но все еще ничего не видела. Я вновь обратила взгляд к мальчику, ожидая, что он сделает дальше.

Его пальцы начали что-то писать на коже, и я поняла, что он, как только мог пытался сказать мне возвести защиту.

– Что ж, Билли, дерьмовый пустячок, – пробормотала я, прежде чем глубже порезать руку, чтобы получить достаточно крови, для изображения Кельтского креста на щеке.

Сделав это, я притянула силы вокруг себя и наблюдала, как на моем предплечье засветилась надпись "Никогда не забывай и Вечно помни", как засверкали и другие татуировки из белых чернил, вплоть до глаз. Я подняла голову и увидела широкую улыбку на лице Билли.

Я выделялась, как воспаленный палец. Большинство Ведьм прятали метки под гламуром. Адам, Эдриан и я единственные, чьи метки из белых чернил были видны невооруженным взглядом. Если свет падает на нас сзади, мы в заднице.

Я наблюдала, примечая все вокруг густого кустарника. Там кто-то был, стоял за пределами кладбища, и наблюдал за мной. Если они смертные или могут противостоять защите, они не пройдут.

Я повернулась, слушая как Билли возится с Айподом, выбирая следующую песню.

Я удивилась, когда он включил Gun’s and Roses "Don’t Cry" и вздрогнула, духи любили танцевать, а песня не была танцевальной. Что удивило меня больше, так это то, что призраки разбились на пары и на самом деле танцевали, все кроме Миссис Грейси и Билли.

Билли подплыл ко мне, его взгляд был прикован к светящимся меткам. Сегодня сплошь беспорядок. Возможно я затрагивала их своими собственными неблагополучными проблемами? Я чувствовала ледяное прикосновение Билли, когда он провел по моей руке, а затем указал этими же ледяными руками, чтобы я обняла его, и начала двигаться.

Его прикосновение, как всех мертвых было подобно ледяному напоминанию, что они больше не с нами. Взгляд его юных шоколадно-карих глаз поднялся, чтобы встретиться с моим, когда нажал запоминание трека.

Билли поставил её на повтор прежде чем снова повернуть голову к окраине, и затем исчез без его обычных спецэффектов.

Я оглядела теперь пустынное кладбище и подавила озноб, поднимающийся по спине. Заиграл November Rain, когда появилась фигура, идущая в мою сторону, перешагивая через могилы. Я затаила дыхание, наблюдая и выжидая.

В нескольких футах от меня появился Райдер, в то время пока Зет остался стоять в середине кладбища на безопасном от меня расстоянии. Я видела благоговение в глазах Райдера. Не многие знали, что мы можем так, светиться, как долбаная Рождественская елка, только белая.

Он просто стоял там и смотрел на них, а Билли и Миссис Грейси на него. Я могла видеть тьму, окружающую его с этой точки зрения. Это было куда лучше, чем ясновидение. Я могла видеть сквозь, как ни странно, кроме темноты, которая я знала там будет, у него была чистая душа.

– Ты светишься в темноте Синтия, – мягко произнёс Райдер, словно боясь разбудить умерших.

Я промолчала, он бы не понял, если бы я сказала, что использовала силу от умерших. Что означало, говорить на разных языках и возможно даже на Латыни.

Райдер наблюдал за тем, как я снова взглянула на могилу перед собой и сглотнула, пытаясь успокоить силу внутри меня, вернуть ее туда откуда я ее позаимствовала. Я чувствовала, как он рассматривал каждое заклинание, видимое на моих руках, поскольку я уехала в майке, джинсах и сандалях, одевалась в спешке.

Я почувствовала как медленно ускользает сила, как мой разум осмыслял то, что он и его люди находились на разрешенных и заколдованных землях.

– Эти земли не для вас. – Я вздрогнула, когда мои слова прозвучали как у мастера Йоды[10].

Губы Райдера изогнулись в злой ухмылке.

– Как бы то ни было, я сказал охраннику, что ты моя, и украла мою машину.

– Позаимствовала, я ее верну.

Ох, кровавый грёбаный ад.

– Хорошо Йода, можешь вернуть тело моей женщины, которое ты украл?