– Только с твоей помощью, – парировал он.

– Детишки, вы закончили? – произнес Влад. – Син, что еще ты помнишь?

– Помню, как спорила с ним. Спорили по поводу того, что он приказал тебе на самом деле изменить Эдриана, – я осуждающе посмотрела на Влада и села. – Помню спорили из-за того, что он думает будто может владеть мной.

– Ты бросила ему вызов, – произнес Влад.

– Нет. Я сказала Райдеру, что ему не принадлежу, а он назвал меня питомцем! Я не собака, а он превратил моего парня в вампира, чтобы забраться ко мне в постель!

Никто из них даже не моргнул. Не было шокированного выражения или полнейшего ужаса на их лицах. Лишь трое мужчин, ожидавших подвоха. Я потерла лицо руками. Я ждала, по крайней мере, от Влада понимания моего расстройства, потому что он большую часть жизни провел с людьми – но не тут-то было.

– И?

И вот так. На их лицах появилось приказное выражение. Я зарычала и помотала головой.

– И ничего! Мне нужно сбежать от него. Он делал то, чего я не могу понять, а тем более перебороть. Мне необходимо отправиться домой и подумать, без Райдера, заставляющего меня хотеть его! С ним не возможно находится рядом, ведь каждый раз, когда я с ним, то перестаю думать головой, а начинаю – вагиджей!

– Вагиджа? – переспросил Влад, когда Ристан вновь расхохотался, а Дристан закашлялся.

– Да. Он весь такой высокий, темный и смертоносный, что мой разум делает из меня нимфоманку. Знаю, мне необходимо кормиться, но если я не уйду от него, то сойду с ума. Мне нужно пространство. Просто подумать.

– Нет, вернемся к вагиджи. Хочу знать, почему ты называешь вагину, вагиджи... не экономь на деталях, – произнес Ристан сквозь смех.

– Блин... есть причина, по которой вы, трое подпевали здесь, или вы просто так решили свести меня с ума? Где Райдер?

– Проверяет твой дом, – спокойно произнес Влад, пока Ристан продолжал улыбаться.

– Ты реально сказала Райдеру, что уходишь от него? – спросил Дристан.

– Да, я сказала неандертальцу, что ухожу. Он обратил моего парня... точнее бывшего, не важно... в вампира просто, чтобы забраться ко мне в трусики. Может вы и думаете, что это нормально, но только не я. Ты продолжаешь уговаривать меня дать ему шанс, потому что он не человек, но ты упускаешь тот факт, что меня вырастили люди. То, что хорошо для вас парни, не всегда то же самое для меня. Я не стала вышвыривать задницу Клер только чтобы подобраться к Райдеру, и не стала ее ни во что превращать. О-о, не говоря уже о том, что я узнала, как он годами меня преследовал, наблюдал за мной в моей спальне, и видел такие вещи, какие никто, повторяю никто, никогда не видел! Именно с Клер я застала Райдера, после того как станцевала на его коленях. Он имел ее, на письменном столе в своем кабинете и это было познавательно, мягко говоря.

– Ты была одета? – спросил Ристан и его похожие на драгоценности глаза наполнились жаром.

– Смотри мне в глаза, приятель. И, разве это имеет значение? – ответила я, поднимая средний палец на уровне груди, где сейчас рыскали его глаза.

– Пожалуйста, расскажи мне, что ты делала в своей спальне, – шелковистым голосом промурлыкал Ристан.

– Я предпочитаю ниже, – шаловливо улыбаясь, сказал Дристан, продолжая свой собственный разговор.

– Присоединяюсь к Ристану. Я хочу узнать, что же Райдер видел, а точнее, что же ты делала, – сказал Влад и улыбнулся так широко, что показал свои клыки.

– Предпочитаю уйти домой, – возразила я.

– Тебе придется обсудить это с Райдером, когда он вернется, – ответил Влад и в глазах его больше не было напряжения.

– Я пленница? – спросила я, сощурив на него глаза.

– Нет, Синтия. Ты гостья. Те люди, что пришли через лей-линию, хотели убить тебя. Он не позволит тебе вернуться, пока не будет уверен, что ты в безопасности. Не будь из этих девчонок, ты умнее. Ты такая же сорвиголова, как и он. Лучше позволь ему убедиться, что там безопасно.

– Каких девчонок? – спросила я, обидевшись, хотя и не понимала почему.

– Тех, что бегут домой в слезах и умирают.

– О-о. – Ну да, это было бы ужасно.

– Цветочек, ты расстроена. Мы видим, многое, но он сделал то, что любой из нас сделал бы. Хотя, в то же время, ты имеешь право расстраиваться. Просто дай нам убедиться, что о тебе позаботятся и что безопасно вернуться домой, до того, как сбежишь.

Я кивнула.

– Как там раненые?