Блейн был уверен, что с падением короля Орда рассеется по ветру, а вместо этого объединилась, что было неслыханно. Орда — убийцы, созданные, чтобы противостоять друг другу, и всё же сделали противоположное. Как будто были новым видом фейри и создали новые законы, а, насколько Блейну известно, Райдер самый смертоносный ублюдок. А ещё Блейн слышал, что тот восстановил мир, а значит, Райдер знал больше остальных, больше, чем знала его женщина.

Блейн наблюдал за ним в склепе, где он похоронил свою мать. Он наблюдал, как тот восстанавливает двери, создавая точную копию, будто запомнил те, которые когда-то были в большом зале дворца его отца. Затем он наблюдал за ним, когда тот создавал царство, построенное в зеркальном отражении первых людей земли. Существа, которых Дану считала убитыми и уничтоженными, и всё же не все погибли или были убиты в этом храме.

Мать Блейна сбежала и соединилась с первым рождённым драконом и правящим на этих землях. Это был его мир по праву, но он никогда не хотел им править.

Сиара верно говорила. Он не мог воевать и ожидать, что на земле будет мир. Сиара была здесь, принадлежала ему. Дракон Блейна её уже принял, и может это к чему-то и приведёт. Если он хотел мира, то придётся постараться.

Блейн улыбнулся и поцеловал её в темноволосую макушку. Сиара права. Она должна была оказаться здесь. Может, в конце концов, она хранила себя для своего мужа. Осознание, что до него у неё не было ни с кем плотских утех, приятно, но дракон в нём просто ревел от радости, что Сиара чиста, и этот средневековый ублюдок гордо расхаживал внутри тела, наслаждаясь тем, что они заявили на неё свои права первыми.

Улыбка Блейна стала шире, а образ Сиары, одетой в платье невинности, с переплетёнными с ним руками, сделал что-то внутри него тёплым, и темнота чуть рассеялась.

— Ты моя, милая, навечно, — прошептал Блейн, когда первые утренние лучи проникли в палатку.

Сиара резко распахнула глаза и села, когда из сна её вырвали ночные воспоминания и кошмар.

Хватка Блейна ослабла, он её отпустил, и Сиара посмотрела в его сонные глаза. Затем перевела взгляд на дверной проём и прищурилась, когда у неё зачесался нос. Соблазнительный аромат плюмерии, смешанный с киви, заполнил всю палатку, и тянулся снаружи…

У входа в палатку стояла груда белых цветов плюмерии, а рядом с кроватью — ваза с киви, одним из редких растений, произрастающих в обоих мирах.

Сиара поднялась с постели и медленно двинулись к кучке цветов, вереница которых начиналась от постели, а заканчивалась за пределами палатки. Однако кто-то сложил самую большую кучу цветов у входа. Сиара опустилась на колени, подняла один цветок, поднесла к носу и вдохнула. Плюмерия в Царстве Фейри редкость, обычно она росла в очень тёмных оттенках красного или розового, и почти никогда в белых. Она убрала цветок от носа, осматривая нежный бутон, и улыбнулась, когда обнаружила маленькую золотую сердцевину. Плюмерия настоящая, а не созданная или подделанная чарами.

Сиара встала и понесла цветок к кровати, с которой за ней наблюдал Блейн.

— Тебя обычно украшают цветами или это происходит только тогда, когда ты разрезаешь принцессу Орды? — язвительно спросила она, бросая ему цветок.

— Драконы выбрали этот цветок для свадебных церемоний, — промурлыкал Блейн.

Сиара выгнула тёмную бровь, посмотрев на киви на столе, а затем заметила чаши с маракуйей и питахайей. Сиара не часто ела человеческую еду, в основном потому, что в ней не нуждалась, но некоторыми продуктами любила лакомиться, к ним относились и фрукты. Сиара взяла большую питахайю и откусила, всасывая сок, грозивший потечь по подбородку. Она ухмыльнулась, когда глаза Блейна вспыхнули, но это напомнило, что прошлой ночью он был с Фирой.

Сиара наклонилась, взяла ещё один кусочек фрукта и закинула в рот, обнажённой расхаживая по палатке.

— Блейн, мне нужна одежда, — обратилась она к дракону, когда гнев немного поутих. — Знаю, что ты с лёгкость можешь оставить меня голой в палатке, но не кажется, что это как-то по первобытному?

— Ты мне нравишься и обнажённой, — пробормотал Блейн, откидывая в сторону покрывала, обнажая член. Сиара покачала темноволосой головой и отвернулась.

— Иди трахни Фиру. Вы — два сапога пара? — вспылила она и снова принялась расхаживать по палатке, не позволяя Блейну отвлекать её. Она сходит здесь с ума. Сиара не осознавала, насколько сильно, пока не оказалась под звёздами, которые обожала и по которым скучала прошлой ночью.

— Даже если это так, то что? — спросил он.

— Я ведь не говорила, что меня это волнует, так? Я сказала, что можешь пойти и ею попользоваться, — прошипела Сиара, поворачиваясь к нему и смотря флуоресцентными фиолетовыми глазами, не заботясь о том, что те отражали гнев. — Я благословляю тебя, драконье отродье.