— Я — не вы, — холодно отрезал он и посмотрел на неё с чем-то холодным во взгляде. — Оденься, — приказал он. — Не покидай палатку, иначе остаток своих дней проведёшь у меня на цепи. Я позабочусь о том, чтобы ты знала, где твоё место. Дракон — половина меня. Полубог внутри хочет, чтобы ты была на поводке. Не думай, что если понесёшь от меня, то это тебя спасёт. Ты мой враг и ничего больше.

— Думаешь, меня заботит, что ты чувствуешь? Думаешь, заботит, что летающий ублюдок оставил на мне метку? Я не твоя, Блейн. И не просила тебя притаскивать меня сюда, тем более, не понимала, что говорит дракон. Ты привёз меня сюда, и ничего не сделал, чтобы избежать случившегося. Почему всё так сложилось? Ты мог получить, что хотел. В конце концов, дракон лишь половина тебя. Не переживай, драконье отродье, в ближайшее время я не стану откладывать яйца. Я Орда, у нас есть способ справиться с драконами.

— Осторожнее, принцесса, — холодно предупредил он. — Я едва сдерживаю гнев, не испытывай меня.

— Я ничего не испытываю! Это ты, ты виноват! Твой дракон сошёл с ума, если думает, что может так поступить со мной! Я принцесса Орды, расы, которая сравняла с землёй твою!

Блейна накрыла ярость, он схватил Сиару, поднял и бросил на кровать. Температура в палатке выросла до опасного уровня.

Сиара зашипела, когда воздух нагрелся сильнее, и она не могла вдохнуть. Кожа стала красной, Сиара свернулась на кровати. А Блейн наблюдал. Она закрыла глаза, неспособная выдержать этот жар. Он откинул волосы, прилипшие к её лицу, и смотрел на неё, а сила его взгляда заставила Сиару чуть приоткрыть глаза. Сердцебиение замедлилось, а плоть ныла. Сиара чувствовала себя так, будто её варят заживо.

— Сиара, ты не справишься с огнём дракона. Если дашь рождение моему ребёнку, огонь исчезнет. Твой вид неспособен любить.

Сиара задрожала, когда жар начал спадать. Пот капал, собираясь лужицей под ней. Сиара не двигалась, просто не могла. Плоть была обожжена, будто она провела несколько часов у бассейна дома под палящим солнцем. Сиара закрыла глаза, из которых потекли слёзы.

— Убей меня или отпусти, Блейн, — тихо проговорила она.

— Не могу. — Блейн рассмеялся, опускаясь на колени рядом с кроватью. — Принцесса, теперь ты пара дракона. Он придёт за тобой. Может, ты права, и действительно должна быть здесь. Теперь ты никогда не сможешь от него сбежать, никогда. Он знает твой запах, твою сущность и всё, что делает тебя тобой. Ты впустила его внутрь, и он всегда за тобой придёт. Драконы соединяются на всю жизнь, маленькая принцесса. — Блейн выпрямился во весь рост, глядя на неё холодным взглядом, который она бесстрашно встретила.

Ненависть это хорошо, от неё Сиара хотела бороться в полную силу. Она нуждалась в ненависти и в напоминании о том, кто Блейн и что чувствовал к ней.

— Я лучше умру, — прошептала она, с трудом поднимаясь и не заботясь о том, что плачет, пытаясь двигать обгоревшее тело. — Я ухожу, — объявила она, встала и пошатнулась.

— Ляг, Сиара, — потребовал он, глядя на её обгоревшую плоть и на то, что сделал в гневе. — Проклятье, — прорычал он, дотрагиваясь до Сиары и посылая ледяную волну по телу, чтобы унять ожоги.

— Я буду с тобой сражаться.

— Знаю, но не в таком состоянии, — пробормотал Блейн, подхватывая Сиару, когда она потеряла равновесие. Он положил её на кровать и ушёл, оставляя в тишине пустой палатки.

Когда наступила ночь, Блейн не вернулся в палатку. Вместо него зашёл Реми, который смотрел на неё с удивлением в зелёных, как лес глазах. Он молчал, не пытался завести разговор, просто стоял и пристально смотрел, пока Сиара лежала, неспособная прикрыться. Когда он потянулся к покрывалам, Сиара вздрогнула, и Реми резко вздохнул. Затем покачал темноволосой головой, аккуратно прикрывая её обнажённое тело. Реми медленно сел рядом, положил руки на её и прошептал какое-то заклинание, которое, по-видимому, должно наслать на тело Сиары охлаждающую магию. С губ сорвался стон, когда она ощутила, как боль от ожогов отступает.

— Он никогда не терял хладнокровие. Никогда. Пока в его мире не появилась ты, — рассеянно пробормотал он. — Он никогда не применял магию дракона во вред, и то, что ты с ним сделала, должно быть, очень плохо.

— Что я ему сделала? — требовательно спросила она. — Он лишил меня девственности! — прошипела Сиара, и глаза Реми расширились от изумления.

— Ты шлюха Орды, — заметил он.

— И, тем не менее, я была девственницей, — прорычала она, нахмурившись и отвернувшись.

— Ты не можешь лгать, — указал Реми, нахмурив брови.

— Не могу.

— Не играй словами, девочка, — горячо отрезал он.