– Невозможно. Она отказалась открыться даже Лилиане, а она была твоей парой! – возмущенно рявкнул Киллиан.

– Арья видела похищенные тома на полках. Я знаю, потому что своими глазами наблюдал, как она проводит кончиками пальцев по их корешкам. Ее красивые босые ножки ступали по инею, и каждый кристалл в библиотеке отзывался на ее присутствие. Ну, объясни-ка, мудила.

– Почему ей, а не твоей истинной паре? – сочась гневом, спросил Киллиан.

– Если бы я знал сраный ответ, я бы тебя не спрашивал. Ты ученый муж, вот ты мне и скажи. Библиотека никогда не раскрывала никому свои тайны, но решила открыться ей. Арья дважды входила в библиотеку, и оба раза успешно. Она видела полки из белого дуба, грела упругую задницу на огне котла ифрита. Она черпает магию из Девяти, а не из природы этого мира людей, как другие ведьмы. Когда Арья призвала силу, та лилась напрямую из нашего королевства.

Я никогда раньше не чувствовал ничего подобного. Она невосприимчива к огню, использует грубую, сильную магию, которую не черпал никто с тех пор, как мы родились, и она создана для необузданности. Твоя сестра была хрупкой, и мне, из-за того, кто я есть, приходилось быть с ней осторожным и нежным. Арья приняла меня всего целиком. Я трахал ее со всей силой, Киллиан. Я засадил ей так глубоко в глотку, что она аж яйца лизнула. Я пытался сломать ее тело, и оно не сломалось. Тварь Арьи посмотрела мне прямо в глаза и сказала, что я не гожусь ей в пару. Я! Я, мать вашу, король, который питает целое королевство! Я рассказываю вам все это потому, что факты убеждают вот в чем: она из нашего вида. Может, не точно такая же, но похожа. А мы вымираем.

– А тебя разозлил ее отказ, – ухмыльнулся Киллиан.

– Ты чертовски прав. Я – охотник. Твоя сестра, черт возьми, никогда не жаловалась и не испытывала недостатка ни в чем, чего бы ни желала. Арья посмотрела мне прямо в глаза и сказала, что считает меня ущербным, ты бы как отреагировал? Учитывая, кто мы такие и что мы делаем для наших женщин, разве ты бы не разозлился?

Он хмуро кивнул.

– Арья – не Лилиана, Нокс. Она ведьма рода Гекаты. Того же рода, что и те ведьмы, которые помогли убить мою сестру и твоего сына. Я видел, как ты держал моего племянника, когда он умирал тысячью смертей, проклятый ее родом. Я помог тебе похоронить мою сестру, и ты впервые за всю свою жизнь пролил слезы, когда мы оплакивали твою семью. Они начали эту войну, и я ни на йоту не сомневаюсь, что убью их всех. Включая Арью.

– Ты думаешь, я забыл нашу цель? Это не так. Как только все будут на местах, мы нанесем удар. Никогда больше не смей подвергать сомнению мою верность паре и сыну. Я держал его на руках, когда из его тела ушла жизнь, а из глаз свет. Я был тем, кто лил слезы, когда его мучили нарывы, сжигала лихорадка, пока он в бреду не перестал узнавать и меня, и свою мать. Все, что я сделал, и все, что я сделаю, – это из-за них. Я трахнул Арию, ну и что. Я трахаю много сук, эндшпиль всегда остается прежним.

– Она не похожа на других женщин, Нокс. Мы все это видели. Я просто мудак, у которого хватает стали в яйцах, чтобы сказать об этом вслух, – отметил Киллиан.

Он скрестил руки, глядя на меня. Мы оба знали, что он прав. Арья была совсем не похожа на других. Остальные – просто влажные щелки, чтобы сбросить напряжение, чтобы яйца на мозг не давили. Я не думал ни о какой другой сучке с тех пор, как трахнул Арью. Я трахнул Лейси после того, как угрожал Арье на окраине города, но я видел не Лейси, когда со злостью ей засаживал. А красивые бирюзовые глаза, которые бросали мне вызов и насмехались. Я трахал эту бесполезную ведьму долго и упорно, пока она не потеряла сознание от боли. Я выплеснул на Лейси гнев, воображая, что она Арья Геката. Лейси знала, что она не та, кого я хотел, но все равно встала на колени и покорно открыла рот. Я позволил Лейси зачаровать Арью, предполагая, что маленькая ведьма разрыдается. Та врезала Лору кулаком в кадык, а затем столкнулась нос к носу с альфой и умоляла его с ней сразиться. У сучки стальные яйца, что есть того не отнять.

Мне с самого начала было ясно, что она отличается от сестер. Я почувствовал, как Арья притянула к себе магию, и я был чертовски потрясен, как ей откликнулись Девять. Эти миры холодны и безжалостны, как и я. И вдруг, когда она позвала, они дали ей все, что она хотела. Нигде в записях не говорилось, что какое-либо существо может черпать силу Девяти в этом мире. Но стоило ей пошевелить пальчиками, как сила тут же послушно явилась на зов. И все так естественно, словно Арья рождена обладать властью. Ни одна из ее сестер даже не задалась вопросом, почему или как, черт возьми, Ария Примроуз Геката только что выдернула силу из другого мира. Либо они не знали и не могли этого почувствовать, либо это приводило их в ужас, и они держали все в секрете.

– Что насчет лидеров восстания, которые остались в Девяти мирах, есть ли о них вести? – спросил Брандер, возвращая мои мысли к насущной проблеме.