— Цветочек, — слабо сказал он, хватаясь за мою броню и приказывая мужчинам, которые несли его, остановиться. — Дану была злой. Она всегда была злой. — Я уставилась в клубящиеся глаза. — Не верь видениям, которыми она поделилась с нами, Синтия. Откровениям Дану нельзя доверять. Я думаю, она планировала, что они повлияют на наш выбор в пользу того, что она хотела от нас.

Ристан страдал от видений будущего и того, какой будет моя роль в этом мире. Теперь мы поняли, что эти предсказания исходили от мстительной, эгоистичной богини, которая играла с нашими жизнями. Я нашла ответ в глазах Ристана, реальность того, что было сделано, и то, что планировала моя мать. Боль, которой она наслаждалась, причиняя ему, была доказательством бессердечия и злобы. Факт, что она могла найти Ристана и защитить его от Вила в Гильдии, но не сделала этого, сказал больше, чем что-то другое. Дану пошла с нами, но только, когда я не оставила ей другого выбора.

Райдер был прав: Вил и Дану воевали, а мы были их пешками. Наши жизни ничего не значили для них и были меньше, чем ничем по сравнению с их конечными целями.

Вил смотрел на нас холодным, жестоким взглядом, а на плотно поджатых губах играла слащавая улыбка. Бог не отрывал взгляда от меня, ходящей вокруг его распростёртого тела. Его удерживали на земле божественные стрелы, и он свирепо смотрел на меня. Он был в искусно выкованных цепях, которые заказал Зарук. Они созданы из того же материала, что и божественные стрелы и Меч Луга, который всё ещё был привязан к моей спине, раздражая Каллагана, который стоял, прислонившись к дереву, и сердито смотрел на оружие.

Я пристально изучила луг долины, уже наполненный новой жизнью там, где она поглотила магов и предателей орды. Цветы покрывали всю землю, бесконечно тянувшись к живым, жаждущим новых жертв. Мелкие твари выбрались из укрытия в скалах, рискуя полакомиться плотью мёртвых.

Элитная Стража уже похоронила тех, кто остался верен нам, и их могилы Фейри зацементировали большими камнями, которые стояли на страже над мёртвыми. Здесь была красота, но это смертельная красота, которая боролась за то, чтобы поглотить живое.

Райдер говорил тихо, и всё же гнев в его тоне, разжёг мой. Я нахмурилась, глядя на жалкого бога, лежащего перед нами.

— Дану построила этот мир вокруг тебя, да? Ты — Древо Жизни, потому что в преданиях Дану — мать, а ты — Бог Смерти. Но ты больше не несёшь смерть и не позволяешь жизни процветать, благословляя созданий, которых она создала, чтобы накормить тебя душами, необходимыми для жизни и могущества. Поэтому ты слаб. Тебе нужно подпитываться жизнями, которые берёшь с собой на три уровня миров между живыми и мёртвыми. Ты израсходовал всю магию на эту войну и перестал принимать тех, кому нужно пройти через тебя в новый мир. С тех пор каждый день ты стремился вытянуть силу из Царства Фейри. Оно больше не передаёт её тебе, да?

— Нет. Царство Фейри покинуло тебя, потому что ты стремился уничтожить его. — Райдер присел, принявшись выстругивать кусок дуба рядом с Вилом, посылая щепки в его лицо. — Ты настолько жаждал уничтожить нас и этот мир, что израсходовал всю накопленную силу, передав её магам. Теперь у тебя ничего не осталось. Царство Фейри осудило тебя, а земля и всё, что в ней находится, сочло тебя нуждающимся и недостающим. Когда мы с Синтией попросили силы, земля предложила её, потому что мы стремимся защитить. Царство Фейри — это живое, дышащее существо, и ненавидит тебя, Вил. Дану здесь нет, и некому создать для тебя новый мир. А значит, тебе придётся вернуться на дерево и спасти себя и Царство Фейри.

— Ты забыл о другом варианте. Смерть и присоединиться к жене, а этот мир рушится и умирает, — беззвучно рассмеялся Вил.

— Ты слишком эгоистичен для этого, — заявила я, и он перевёл взгляд голубых глаз на меня.

— Нет. Дану была слишком эгоистична. Я не такой. Я никогда не боялся смерти, потому что знаю, куда попадают такие, как мы. Я люблю её. Возможно, мы сражались друг с другом, но, в конце концов, она была моим миром, а ты забрала её у меня. Если смерть приведёт меня к ней, я готов уйти.

— Ты с Дану эгоистичные ублюдки, — прошипела я, свирепо глядя на Вила. — Посмотри, что ты сделал с этим миром! Убивал людей ради собственного извращённого удовольствия! Ты послал Орду уничтожить грёбаных драконов! — Блейн зарычал, и я подняла на него взгляд. — О, ты не в курсе? Этот мудак решил пожить в костюме Алазандера, убивая целые виды, потому что хотел обыграть свою жену. Он монстр, который травмировал и терроризировал Царство Фейри.

— Да и наслаждался каждой минутой, — рассмеялся Вил. — Точно так же, как Дану наслаждалась пытками и убийствами женщин, которых я оплодотворил. Когда я, наконец, заключил с ней сделку, мы решили поместить моего отпрыска в охраняемую тюрьму. Я спрятал свои лучшие творения прямо у неё под носом, среди расы, которую она любила и обожала больше, чем любую другую, — усмехнулся Вил.