— Я так надеялась, Ричард. — прошептала Луиза сквозь слезы, обильно стекающие по щекам. — Я надеялась, что твоя человечность снова вернулась. Мне казалось, что ярость отпустила тебя. Но я ошиблась. У тебя черное сердце. Ты никого не видишь, кроме себя и своей мести. Тебе наплевать, что чувствую я.
Лицо Ричарда дернулось, словно от боли. Он притянул к себе сотрясающееся в рыданиях тело Луизы и обнял, положив голову на плечо.
— Прости меня. Прости. Я потерял голову. Я не должен был расстраивать тебя.
— Ты не расстроил меня, а открыл глаза. Я теперь вижу, кто ты на самом деле.
— Перестань. Ты же знаешь, что я люблю тебя. Я все для тебя сделаю. Нас только двое, Лу. Ты и я. Мы — семья. — слегка отстранившись, Ричард нежно стер пальцами слезы с лица Луизы. — Вот так. Все хорошо, милая. Успокойся. Я тот, кто защитит тебя, каким бы черным не было мое сердце, в нем всегда будет место для тебя. — он мягко улыбнулся, глядя в заплаканные глаза сестры. — Я прошу только об одном, не вмешивайся в мои дела. Я сам разберусь с Элизабет, с Ридсдейлом и другими проблемами. Разве ты не понимаешь, что у меня есть причины вести себя так?
— Прошло много месяцев, Ричард. Сколько можно?
— Это никогда не закончиться. — ожесточенно ответил Мельбурн. Опустив руки, он отошел от сестры. — Ты расстроена, я понимаю. Я освобождаю тебя от присутствия за столом. Твое место займет Элизабет.
Ричард повернулся и посмотрел на свою пленницу. Девушка уже встала, и теперь взирала на него с нескрываемым изумлением. Похоже, что его последняя фраза осталась неуслышанной.
— Помойте и переоденьте ее. А потом пусть Мэри проводит нашу гостью в зал. — распорядился он, и быстрыми уверенными шагами покинул спальню Луизы.
— Мне так жаль, Лиз. Простите меня. — прошептала Луиза. Глядя на Элизабет.
— Я распоряжусь насчет ванны. — быстро проговорила Мэри и ретировалась из спальни.
— Не нужно извиняться, Луиза. Вы ни в чем не виноваты. — прошептала Элизабет, снимая испорченную одежду. Ее постепенно начинало овладевать отчаянье. Сколько еще унижений и страдания ей предстоит пережить? И хватит ли у нее сил? Терпение девушки было на исходе, в горле клокотал нервный смех.
— Луиза, я знаю, как вы любите брата, но, если вам не безразлична моя судьба. Если вы хоть чуть-чуть симпатизируете мне…. Вы можете мне помочь…. Или я убью его. — Элизабет опустила голову. — Я найду способ, выберу момент и сделаю это.
— Что я могу для вас сделать? — решительно спросила Луиза Чарлтон.
— Я не могу просить вас, послать весточку моему отцу, потому что он тут же пошлет армию, которая уничтожит и этот замок и всех вас. Вы никогда не предадите брата таким подлым образом, но вы можете помочь мне организовать побег.
— Но как? — глаза Луизы испуганно расширились. — В замке полно охраны и вооруженных воинов, ворота стерегут, как зеницу ока.
— Не сейчас. Граф часто уезжает, забирая с собой лучших бойцов. Я могу переодеться или спрятаться в повозке торговца, выезжающего в деревню. Нужно только заплатить ему, чтобы он отдал мне лошадь. Пешком до Йоркшира мне не дойти. На худой конец я могу податься в Камберленд, там живет моя тетя. Граф Камберленд — ее муж, он губернатор замка Карлайл и часто находиться там. Это всего несколько дней пути. Прошу вас. Мне так нужна надежда, что однажды я вырвусь отсюда. Я не могу больше ждать, что отец или муж найдут меня.
— Элизабет, подумайте здраво. Вы не можете ехать одна. Север кишит разбойниками и головорезами. Вам не добраться живой и невредимой до своих родных. Но я попробую что-нибудь придумать. — Луиза тяжело вздохнула. — Ричард не простит меня, если я помогу вам.
— Простит. — покачала головой Элизабет. Ей вспомнилось лицо графа, когда он утешал свою сестру. Это был совсем другой человек, не похожий на графа Мельбурна, которого знала Элизабет Невилл.