Мужчины продолжали переговариваться, но, судя по тому, как удалялись их голоса, они куда-то отошли, оставив меня без внимания. Я боюсь открыть глаза, и отчаянно прислушиваюсь к окружающим звукам. И, честно говоря, они весьма специфические и пугающие меня еще сильнее. То ли всхлипы, то ли стоны, вперемешку с хрипловатыми приглушенными мужскими голосами, хлопки или шлепки. Сложно понять, если не видишь. Я не разбираю слов, разговаривают на другом языке – итальянский, французский. В колледже я немного изучала французский, но не настолько хорошо, чтобы понять, о чем речь. Судя по наличию разных тембров и голосов, в помещении одни мужчины. Человек пять, вместе с теми двумя, которые только что говорили обо мне. Я пытаясь вспомнить, что произошло в клубе, но последний кадр, который остался в голове, это девушка в голубом, которая проходила мимо нашего столика, а я думала о том, что мне нужно пойти в дамскую комнату и умыться. Видимо, не дошла. Черт, я знала, что Миранда меня втянет в какую-нибудь авантюру. Внутри нарастает панический страх. Ладони потеют, по спине проходит холодок. Миранда тоже должна быть здесь… Знать бы еще, где «здесь»! И зачем эти итальянцы нас приволокли сюда. Судя по тем репликам, что они не так давно отпустили в мой адрес, сомневаться в их планах и надеяться сбежать, в крайней степени, наивно. Дура, сама виновата. Какого черта потащилась за идиоткой Блайт? Ей не привыкать рисковать своей задницей, она даже специально напрашивается… И я, видимо, тоже недалеко ушла.
А еще этот запах… Сладковато-приторный. Марихуана? Мы в притоне среди обдолбанных наркоманов? Но эти двое были не похожи на нариков, хотя, какая разница, по большому счету…
При любом раскладе, я в полном дерьме.
– Хотел дождаться, пока «тихоня» наша очухается, но задница у этой суки слишком зачетная, – слышу я хрипловатый смех и звонкий шлепок. Внутри все обрывается, когда до меня доходит, что за звуки все это время я слышала. От ужаса, все конечности леденеют. Нужно открыть глаза, но никогда еще не было так страшно это сделать.
Когда вслед за еще одним шлепком, раздается сдавленный женский стон, который принадлежит моей непутевой подружке, я, забыв о паническом страхе, распахиваю глаза…
Вокруг полумрак, темные стены, низкие длинные диваны, которые хаотично расставлены по большому залу. Если бы не столики возле каждого дивана и сцена на небольшом возвышении в центре помещения, я бы подумала, что нахожусь в гостиной большого дома, или ресторане для узкого круга избранных… Шестое чувство уже подсказало ответ на вопрос, что это за место – еще за секунду до того, как я нашла взглядом Миранду.
Возле одного из диванов в двадцати метрах от того, на котором бросили меня, в слабом розоватом освещении, бросающем блики на оголенные части тела, Миранда Блайт стояла на коленях, склонившись над пахом незнакомого молодого мужчины, который удерживал ее голову за волосы направляя так, как ему нужно. Второй, этот ублюдок Джакомо, который ей изначально понравился, пристроившись сзади, трахал ее в бешеном жестком ритме, время от времени щипая и шлепая бледную кожу. Платье Миранды разорванными лоскутами свешивалось с голого тела, ритмично раскучивающегося от одного члена к другому. Меня затошнило. Я закусила зубами кулак, чтобы не закричать. Мира не сопротивлялась, и, судя по тому, как со скучающим удовлетворением за сценой совокупления наблюдали другие присутствующие мужчины, они тоже не прочь воспользоваться услугами моей подруги.
Или моими…
Низ живота стянуло от отчаянного ужаса. Я смотрела как качается грудь Миры в такт толчкам итальянца и молилась о чуде. Не знаю, может это ужасно, но никакой жалости к Миранде я не испытывала. Хотя бы потому, что когда парень, у которого она сосала, встал, затягивая брюки и освободив ей рот, она начала громко постанывать, явно не от боли, пока ее трахал этот мерзкий, смазливый Грассо. Может быть, ее реакция и была вызвана подмешанным в напиток препаратом, о котором говорили эти ублюдки, но я и раньше слышала, что Мира не против участия в групповушках. Я думала, что все это слухи, что женщина не может хотеть подобного, но сейчас видела своими глазами. Развернув Миранду, Грассо посадил ее на диван, пристраиваясь между широко раздвинутых ног. Голова Миранды откинулась назад, когда он сделал движение бедрами, стискивая ее грудь.
– Идеальная сучка. Товар, что надо, – прокомментировал, ухмыльнувшись, его друг, наблюдая за происходящим. Я не смогла вспомнить имя, которое не имело никакого значения в сложившихся обстоятельствах, меня поразил смысл его фразы.
Товар…
Я снова прошлась взглядом по помещению, в котором находилась. Жалобный всхлип сорвался с моих губ, я еле сдержала рвотный позыв, когда, сдернув презерватив, Джакомо схватил Миранду за волосы, приподнимая свою мерзкую тощую задницу, чтобы заснуть ей в рот и спустить туда…
– А вот и еще одна курочка проснулась… – повернулся в мою сторону второй итальянец. Все мужчины, включая застегивающего джинсы Грассо, посмотрели на меня.
Черт…
Притвориться спящей, мертвой, что угодно, лишь бы выгадать время, чтобы свалить отсюда…
Но слишком поздно. Мерзко улыбаясь, Грассо, явно неудовлетворенный до конца усилиями Миранды, направился в мою сторону. Остальные расселись на дивны, приготовившись к новому шоу. Миранда лежала в той же позе, даже не удосужившись сдвинуть ноги. Выражение ее лица подтверждало мои догадки – наркотики имеют место.
– Готова поучаствовать в представлении, крошка? Или дальше будешь нос воротить? – спросил он.
Я нервно сглотнула, опуская ноги на пол.
– Пожалуйста, отпустите меня домой, – прошептала я. Грассо улыбнулся шире, явно наслаждаясь моим страхом.
– Ты уже дома, малышка. Тебе у нас понравится. Очень.