Вте дни, когда Тони оставался дома, заниматься изучением новых окрестностей было невозможно. Он требовал ее присутствия рядом на случай, если понадобятся ее услуги. Частенько она оставалась в его кабинете, где читала, сидя на мягком кожаном диване, пока он ее не вызывал. Бывали дни, когда он не нуждался в ее услугах, несмотря на то, что она весь день проводила в его кабинете. Клэр знала, что это было продолжением его властной игры. Он контролировал ее время, тело и жизнь.

Продолжая занимать делами свои дни, после обеда Клэр загорала возле бассейна или читала на веранде. Ведь у нее была целая библиотека, способная захватить ее на несколько часов. Если шел дождь, она могла выбрать фильм в кинотеатре. Стольким можно было заняться.

Дополнением к случайным выходам в свет с Тони стало огромное изменение в плотном графике Клэр. Все началось с симфонии. С тех пор она сопровождала его на нескольких других мероприятиях. Не таких официальных, как симфония, и связанных с благотворительностью, но различные фонды устраивали ужины, коктейльные вечеринки и бенефисы. Каждый раз Тони говорил Кэтрин, что Клэр должна быть готова к особому мероприятию. Ей нравилось выбираться с территории, но приглашение вместо приказа было бы приятнее. Видимо, сопровождение теперь было добавлено к ее служебным обязанностям. Клэр полагала, что с каждым разом у нее получалось все лучше, она чувствовала уверенность, пока Тони находился рядом с ней. Он справлялся с любой ситуацией, которая так или иначе касалась девушки.

Как раз на одном из таких мероприятий, организованном в честь доноров детской больницы Университета штата Айова, Клэр покорно стояла возле Энтони, и пока тот разговаривал с джентльменом, которому ее представили, с ней заговорил незнакомый мужчина. Началось все вполне невинно:

- Здравствуйте, мисс Николс. Я не уверен, помните ли вы меня? Мы встречались несколько недель назад на Симфоническом оркестре Четырех городов.

Говорил он тихо, то ли чтобы заманить ее подальше от Тони, то ли чтобы тот ничего не услышал. Клэр действительно его помнила. Она пыталась запоминать имена как Тони, но могла припомнить только его лицо. Потом он представился сам:

- Чарльз Джексон, - и завел светскую беседу о симфонии.

Он стал расспрашивать ее о месте жительства, живет ли она в регионе четырех городов? Чикаго? Что привело ее сюда? Все это время Клэр неизменно стояла рядом с Тони. Ей не хотелось прерывать его разговор, но инстинкты подсказывали ей, что это не хорошо. Девушка удачно избегала прямых ответов, но мистер Джексон выходил за рамки допустимого в подобных беседах. Она решила, что ей нужно подключить к разговору Тони, пока этот мужчина не вытащил из нее то, что она не хотела бы разглашать. Клэр легонько прикоснулась ладонью к руке Тони. Тот не ответил, и тогда она слегка сжала ее. Извинившись перед собеседником, Энтони повернулся к Клэр; ей не нравилось, что приходилось перебивать его. Не снимая маски, Клэр вежливо махнула в сторону джентльмена.

- Энтони, это Чарльз Джексон.

Энтони повернулся к Чарльзу и пожал ему руку. Тот, казалось, почувствовал себя неловко, в отличие Тони.

- Мистер Джексон был невероятно любознателен. И я подумала, что ты мог бы быть ему полезен.

Клэр отступила на полшага, все еще держа Энтони за руку, и отвернулась от сильно побледневшего мистера Джексона.

- Мистер Джексон, у меня хорошая память на имена и лица. Помню, что видел вас на симфонии. Не думаю, что нас представили. Не в моей практике общаться с представителями прессы. В моих привычках – доверять решение таких вопросов моему пресс-агенту. Рекомендую вам поговорить с ней, а не с моей спутницей.

Этот тон Клэр узнала сразу – он перестал быть вежливым и общительным. У мистера Джексона тоже не возникло трудностей с распознаванием голоса и его смысла. Несколько раз извинившись перед Энтони и Клэр, мужчина поспешил удалиться с мероприятия. Клэр стало дурно. Она, правда, не знала, как справилась бы с этим без его помощи. Тони положил руку поверх ее ладони, когда мистер Джексон ушел.

- Тони, прости, что прервала твой разговор. Мне просто было неловко.

Наклонившись к ее уху и сжав ее руку, он прошептал:

- Все хорошо. Ты приняла верное решение.

Она с облегчением выдохнула.

Ее новая работа отметила свой трехмесячный юбилей. Клэр по-прежнему чувствовала себя взаперти и ненавидела это состояние, но не каждый день. Она думала о каждом дне, как о новой возможности, и как у всех в мире хорошие дни чередовались с плохими. Она знала, что в сравнении с остальными, ее жизнь ей больше не принадлежала. Она зависела от Энтони Роулингса. Весь образ ее жизни целиком и полностью зависел от его настроения.

Каждые две недели он по несколько дней отсутствовал в командировке. Пока Клэр в уединении проводила свои дни в комнате, он находился в Европе, что по-видимому происходило регулярно. Эти кратковременные периоды свободы ее расстраивали. И вместо того, чтобы наслаждаться ими, она чувствовала себя одинокой. В некоторые вечера из-за своих деловых обязательств он не ужинал с ней и даже не приходил к ней в комнату. Некоторые пункты ее обязанностей не очень ее устраивали, но все же одиночеству она предпочитала их.