- И не только он. Чёрт возьми, нет. Он забрал у меня мой мир. Забрал у меня семью. Его чёртовы дети, их дети и их дети… все они испытают последствия от его действий! Он забрал всё! - Глаза Натаниэля почернели, когда он придвинулся ближе к внуку. - Знаешь что?

- Нет, сэр.

- Нельзя потерять всё до тех пор, пока у тебя есть всё, чтобы потерять. - После небольшой паузы он продолжил: - А у меня было всё, и теперь посмотри на меня! Этот человек и вся его проклятая семья заплатят! - Он придвинулся к внуку совсем близко. - В тот день, когда я выйду из этой дыры, они заплатят! Каждый из них будет сожалеть о том дне, когда он решил меня унизить.

Антон отметил разницу между звуками их шагов. Его туфли с жёсткой подошвой издавали совершенно другой звук по сравнению с тем, что исходил от резиновой подошвы дедовых ботинок. Они скрипели.

- Сэр, есть ещё кое-что.

На его слова Натаниэль развернулся к внуку.

- Что? Что ещё ты выяснил?

- Ему помогали. Он работал сообща с офицером, занимающимся вопросами ценных бумаг, по имени Бёрк. Мэтьюс сливал Бёрку информацию. И если бы этот офицер не давал инструкции Мэтьюсу, тот не смог бы так подробно собрать доказательства.

Антон наблюдал за тем, как цвет лица деда наливался малиновым, пока он говорил.

- А твой отец?

Чернота в глазах Натаниэля приковала к нему взгляд Антона. Он чувствовал себя так, будто его заставляют смотреть в глаза и выкладывать остальную часть информации.

- Он свидетельствовал в пользу государства.

Метания Натаниэля продолжились.

- Это было сделано за закрытыми дверями, но это не секрет. Средства массовой информации называют его героем нашей семьи.

Натаниэль склонил красное лицо и повержено опустился на стул. Очевидно, на него подействовало осознание того, что его сын стал свидетелем от штата. Его тон стал выдержанным.

- Мальчик, ты справишься.

- Да, сэр, справлюсь.

- То, что сегодня ты, добыв эту информацию, пришёл сюда, и что самое главное, тебе хватило на это смелости, является доказательством твоего будущего. Твой отец всегда был разочарованием, но, думаю, он был лучше меня лишь в одном.

Антон сидел на металлическом стуле напротив деда. В его тоне и словах сквозила искренность, так что он попросил Натаниэля договорить то, что тот хотел сказать.

- Общественное мнение - мне всегда было плевать на то, что обо мне думают. Я много трудился и заслужил все свои деньги и благосостояние. Но я хотел большего. И это никогда не было тайной. Запомни: ты можешь хотеть весь чёртов мир, но никогда этого не показывай.

Натаниэль посмотрел вверх на камеру, закреплённую в углу комнаты.

- Если они узнают, чего ты хочешь, то будут следить за тобой и заберут это у тебя. Не нарушай правил приличия, мальчик. Если ты будешь следовать этому правилу, то сможешь взять всё, что захочешь - весь этот чёртов мир будет твоим.

- Счастье не зависит от каких-то внешних условий, оно определяется вашим внутренним настроем.

Дейл Карнеги.

Клэр сидит в тюрьме уже больше трёх месяцев и даже успела примириться с мыслью о том, что скоро все это не закончится. Клаустрофобная камера и фактическая изоляция стали её новой нормой. Удивительно, но она адаптировалась. Поначалу было трудно, но со временем она обрела силу и решительность.

18 апреля 2012 года зал суда был пуст за исключением присутствующих судьи, обвиняемой и команды юристов. Клэр Николс встала перед судьёй федерального суда и с помощью своей защиты заявила о своем нежелании оспаривать обвинения в покушении на убийство. Пока судья объяснял Клэр последствия её заявления, она слушала, ощущая под рукой гладкую поверхность стула, который использовала в качестве поддержки, следила за губами судьи и беззвучно плакала.

Данное заявление спасало её от унижения в суде присяжных. Она не признавала себя виновной, не стала бы и не смогла бы оспорить обвинения. Поэтому ее ждет более мягкая мера наказания, но в дальнейшем она не сможет воспользоваться возможностью апелляции. Так ей удалось избежать вопросов и нападок со стороны мистера Эвергрина, давай она показания, а также взгляда чёрных проникновенных глаз Энтони Роулингса. Ей не пришлось объяснять всему миру, как её заставляли совершать некие действия и как эти действия отличались от того, чем казались на самом деле. Она просто тихо и спокойно удалилась.