Улыбаясь, я вспомнила, как предложила ему спать со мной в клинике. Несмотря на то, что я нервничала, я была рада, когда он сделал это. Я никак не могла знать, что это будет нашей последней ночью там. Однако, та ночь, проведенная в его объятиях, сделала нашу первую ночь здесь более комфортной. Мои мысли возвращались к ночи после службы, к его голодным прикосновениям и неистовым поцелуям, когда его губы исследовали мое тело. Только одни эти воспоминания вызвали мурашки по телу. Я лежала на кровати, на спине, обхватив руками бок, и вздохнула. Ах, если бы только он не беспокоился так о моих ребрах.

Деликатная поездка на грузовике вчера только усугубила боль от травм. Я пыталась скрывать это. Качая головой, я подумала о том, возможно ли вообще скрыть от него что-то. По словам Элизабет, это запрещено. Но видит Бог, я не лгала. Я пыталась утаить информацию в интересах нас обоих. Кстати, его дыхание стало затрудненным, и тело затвердело, так что, той ночью в клинике я была не единственной, кому хотелось заняться любовью.

Казалось, как будто, совершенно не имело значения, сказала бы я Джейкобу о чем думаю, или нет, он это знал. Каким-то дивным образом он всегда узнавал об этом раньше меня. Может быть, это потому, что мы были вместе так долго.

Если бы я только могла вспомнить, насколько долго.

Звук поднимающейся двери гаража вытащил меня из моих плотских мыслей, и я прикоснулась к щекам. Хихикая, я надеялась, что они не были такими красными, какими ощущались. Если они сильно покраснели, то он точно узнает, о чем я думала… я покачала головой. Я бы не хотела этого разговора. Выдохнув, я хотела избавиться от румянца.

Когда я услышала, что дверь гаража опускается, то встала и направилась к лестнице. Сапог на правой ноге значительно облегчил мои прогулки с гипсом. Подойдя к ступенькам, я сделала глубокий вдох и представила себе лестницу. Поскольку я пересчитала ступени несколько раз, я знала, что вниз было пятнадцать шагов. Может, я и не могла видеть, но я старалась быть самостоятельной настолько, насколько это возможно. Я шагнула вниз только на вторую ступеньку, когда слышала его голос.

- Сара?

- Я иду, - ответила я, делая шаг за шагом, осторожно, стараясь не идти слишком быстро.

Еще прежде, чем я успела спуститься, я уже знала, что он ждет меня внизу. Когда мы шли на службу, я поняла, почему связываю его с запахом кожи; все дело было в его куртке. Когда он не носил ее, только небольшая часть аромата задерживалась на нем. Когда же был в ней, как сейчас, запах кожи становился подавляющим. Вдобавок к этому, я слышала, как стучали его ботинки по деревянному полу, а потом остановились. Поэтому сделав четырнадцатый по счету шаг, я остановилась. Я боялась, что, если сделаю еще один шаг, то могу врезаться в Джейкоба.

- Сара. - Его голос прозвучал очень близко.

Вцепившись в перила, я наклонила к нему лицо. Улыбаясь и надеясь, что мои щеки вернули свой нормальный цвет, я ответила:

- Да?

- Ты слышала, как открылась дверь гаража?

- Да.

- И как ты думаешь, что это могло бы значить?

- Я предполагаю то, что ты вернулся.

- Так ты узнала, что я дома, однако, решила не приветствовать меня?

Какого черта?

- Ответь мне, - спросил он, тон его голоса был слишком спокойный. - Почему ты не ждала меня у дверей?

Мысли, которыми я развлекалась наверху испарились. Я знала этот тон. Я не только узнала его, но все во мне хотело этого избежать. Мое сердцебиение участилось, а во рту стало сухо, как в Сахаре.

- Я была на…

Он перебил меня, упрекнув:

- Я не должен ждать, пока ты придешь. Когда я возвращаюсь, я ожидаю, что ты уже ждешь меня и поприветствуешь своего мужа.

Пузырь из опасений в моей груди, который ослаб и уменьшился, с тех пор как я очнулась три недели тому назад, снова начал расти.

- У двери... что... прости... я не знала... ты не говорил мне…

Он схватил мою руку, и резкое движение разительно контрастировало с жутким спокойствием его голоса.

- Скажи, Сара, ты обвиняешь меня в забывчивости?

В чем, черт возьми, проблема?

- Мне очень жаль, - признала я. - Я не виню тебя... я просто не помню. Если бы ты сказал мне... Теперь я так и буду делать.

- Я все должен тебе напоминать?

- Я пытаюсь вспомнить, я стараюсь. Теперь, когда ты будешь приходить домой, я буду ждать тебя у двери.

- Возможно, тебе нужно напоминание?

Мое тело обмякло, колени ослабли. Пузырь внутри рос и трещал, наполняя мою нервную систему ужасом.

- Нет. Мне не нужны напоминания. Я запомню. Пожалуйста, дай мне еще один шанс.

Если бы не его железная хватка на моем предплечье, я бы, возможно, упала со ступеньки, на которой стояла.

Если бы упала, я не была уверена, чем вызвано мое неожиданное головокружение: тон его голоса, от которого я дрожу, или от того, что он заставил меня умолять. Не то, чтобы я была гордой, но сейчас, чтобы избежать новой встречи с ремнем, я была на это согласна.