— Мама, — ответила я, прижав гарнитуру ближе к уху. Утреннее солнце заставляло меня щуриться, пока я пыталась сконцентрироваться на её голосе.

— В котором часу ты приедешь?

— Приеду? — переспросила я, меня переполняло чувство вины, пока я решала, как бы получше разбить её сердце.

Пока я прикидывалась дурочкой, отвечая на её двадцать вопросов, я осознала, что не забронировала самолёт. Дерьмо, сегодня уже понедельник. День свадьбы, к которому готовилась вся семья — за исключением меня — в субботу. Через пять дней.

Сказать, что я не готова — грандиозное преуменьшение. У меня нет билета. Нет платья...

— В четверг, дорогая. У твоего отца назначена встреча. Мы пытались перенести её на другое время, но этот врач широко известен своей работой с подобными проблемами. Мы не можем больше ждать и должны быть уверены, что сможем забрать тебя из аэропорта. Если мы не сможем, Сьюзан сказала...

— Четверг? — вновь переспросила я, прерывая дальнейшие разглагольствования о моей невестке. — Мам, свадьба только в субботу. — Я снова пыталась отрицать, что пришло время выложить всё начистоту. — Что за встреча назначена у папы?

— С урологом. Ох, я же тебе говорила. Вспомни, это было связано со стрессом, но теперь...

Ладно, туда я идти не хотела.

— Извини, что прерываю, но мне нужно на работу. Ты сказала про четверг. Я думаю о пятнице... — или субботе, за десять минут до церемонии. Я не произнесла этого вслух, поскольку знаю, что пролечу с этим.

Кстати о полётах, почему я до сих пор не забронировала билет? Сделать это в последнюю минуту обойдётся мне в кругленькую сумму, и, возможно, отправит меня в Индиану через Техас. Это я тоже запишу на счёт своего отрицания.

— Просто скажи, в котором часу приземляется твой самолёт, — сказала мама. — Ты же знаешь, в эти выходные будут гонки. Я просила тебя не бронировать отель, и если ты меня слушала, на много километров вокруг не будет ни одного свободного номера. Кроме того, у нас множество комнат. У меня для тебя сюрприз.

— Правда? — робко спросила я.

— Да, — её голос дрожал от возбуждения. — Я поговорила с твоим отцом, и даже он согласился: Тимоти может остаться с тобой в комнате.

— Что? — задохнулась я.

— Да, ты уже взрослая женщина, и мы хотим, чтобы он знал, что, если это заставит его сделать тебе предложение, он может остаться в твоей комнате.

— М-мам, — я силилась подобрать слова. Что на этой Богом созданной зелёной земле заставило её думать, что спать с кем-то в доме родителей — это романтично?

— Всё в порядке. Знаешь, за исключением этой проблемы, по поводу которой мы собираемся показаться доктору, мы с твоим отцом всё ещё весьма активны...

Моё тело содрогнулось от отрицания, когда я прервала её рассказ.

— Гонки. Вот ведь хрень. Как я могла забыть о гонках?

— Ну, не знаю, дорогая. Это же самое крупное событие в скачках. Твой отец с братом не очень-то счастливы, что пропустят его. Они так надеялись взять с собой Тимоти. Но в субботу будет большое семейное торжество. Отцу пришлось расстаться с билетами. Он отдал их Скотту Маккинни. Знаешь, отцу Дэррина. Между прочим, твой отец сказал, что Скотт казался разочарованным, что ты привезёшь с собой пару из Нью-Йорка. Очевидно, Дэррин надеялся... — лепетала она.

Мой желудок скрутило. Дэррин?

Нет.

— Мам?

— О! Ты сняла мерки с Тимоти? Они нужны мне сегодня. Кроме того, чтобы подменить своего друга из Калифорнии, Курт хочет, чтобы Тимоти был на мальчишнике. Знаешь, я не любитель вечеринок в ночь перед свадьбой. Вспомни только тот случай с Джимми...

Мышцы на моей шее задеревенели, когда я почувствовала нарастающее беспокойство. Я не могла и дальше этого избегать. Не имеет значения, как отчаянно я не хочу присутствовать на идеальной свадьбе или возвращаться в Индиану и отбиваться от всех этих вопросов о том, почему я не замужем, почему живу так далеко или почему живу своей жизнью вместо того, чтобы ходить беременной третьим ребёнком в двадцать пять лет, я должна натянуть штанишки большой девочки и встретиться с проблемой лицом к лицу.

— Мам, — попыталась прервать я, прокладывая путь через толпу очевидно потерявшихся туристов. — Мам, э, Тимоти...

— Кимберли, ты пропадаешь. Что ты сказала?

— Мы не...

— Кимберли Энн, я ответила, что с тобой будет "плюс один".

Моё беспокойство возросло, когда она сказала ровно то, что я и ожидала.