Потянувшись дальше, Клэр нащупала свой большой живот. Лёгкое давление, которое она чувствовала, было рукой Тони, лежащей вокруг их ещё не рождённого ребёнка. Мгновение она лежала совершенно неподвижно, наслаждаясь своей реальностью. Ночь ужаса была всего лишь сном, ночным кошмаром. Как бы в подтверждение этого, их ребёнок пошевелился. Маленькая, сильная жизнь толкалась изнутри через кожу. Каждый мускул в теле Клэр расслабился. Их ребёнок был по-прежнему внутри неё, Тони был рядом, и не важно, что ждёт впереди, сейчас она была там, где хотела быть.
Запустив пальцы в его волосы, Клэр прошептала его имя: — Тони? Хотя его голова не двинулась, рука на её животе изогнулась в защищающем жесте, и он промурлыкал, — Я тут. Я не покинул тебя. Никто не умер…
Она опять прошептала: — Тони, что случилось? Почему ты на полу?
Его усталые глаза встретились с её. И, хотя он выглядел измученным, искры за мягким коричневым цветом наполнили Клэр надеждой и любовью. Он протянул руку и коснулся её щеки. — О, слава Богу, ты не горячая.
Она надула губы.
— Большое спасибо. Ты и сам не выглядишь таким уж горячим.
Его губы мягко нашли её. Когда он отстранился, Клэр увидела, как его усмешка, вынырнув откуда-то из тёмных глубин, тут же исчезла, а по щеке скользнула слеза. Видела ли она его когда-нибудь плачущим? Клэр не могла вспомнить. Облегчение в его голосе вызвало слёзы у ней самой. — Миссис Роулингс, я когда-нибудь упоминал, как люблю этот умный ротик?
Клэр кивнула: — Раз или два.
Он убрал волосы с её лица.
— Ты нас всех здорово напугала.
Видимо, это был день открытий. Сначала слеза, теперь признание в страхе. Клэр готова была спросить, кто этот человек, и что он сделал с её мужем, но искренность его тона не заслуживала колкостей. Вместо этого она взяла его руку и поцеловала ладонь. — Прости, если напугала тебя. Я не помню. Что случилось?
Их голоса, видимо, услышали, и, прежде чем он успел ответить, дверь спальни распахнулась и в комнату ворвалась Мадлен. — О, Мадамель, — её тёмные глаза светились улыбкой, — Мадам Клэр, наши мольбы услышаны.
Такая простая вещь, как собственное имя не должно было вызывать слёзы, но услышав, что Мадлен называет её по имени, как она когда-то, месяцы назад, просила, согрело её. Клэр опять почувствовала движение внутри себя, и, улыбаясь, спросила, — Рискую показаться занудой, но, может, мне кто-то объяснит, что произошло? — Тут она заметила, что боль в спине прошла.
— Да, моя дорогая, мы объясним. Мы не будем заставлять тебя повторять. — Ей послышалась усмешка в его голосе.
— Спасибо. Ведь я не единственная, кто не любит задавать один и тот же вопрос дважды. — Клэр увидела блеск в глазах Тони и сжала его руку. Её забавляло, что одна фраза может так много значить.
— Мадамель, как Вы себя чувствуете?
— Думаю… хорошо… — Клэр попыталась сесть. Тони встал и поднял спинку шезлонга. Тут Клэр заметила, что что-то течёт. — Мне кажется, я только что…
Мадлен коснулась её руки.
— У Вас отошли воды. Скоро ребёнок появится на свет.
Клэр знала, что она должна обрадоваться, но, посмотрев на мужа и потом дальше, за ним, в окне она увидела серое небо. Затем послышался барабанный бой непрерывного дождя. — Доктор Гилберт? — спросила она.
Тони покачал головой и взял её за руку. — Слишком опасно. Фил и Френсис предлагали за ним съездить, но, даже если они доберутся до города, доктор Гилберт вряд ли захочет сюда ехать.
Клэр попыталась собраться с мыслями.
— Мадлен, ты говорила, что принимала роды раньше?
— Уи, случалось.
У Мадлен, по крайней мере, было больше опыта, чем у остальных присутствующих. Клэр кивнула, потом спросила, — Воды отошли? Когда?
— Прошлой ночью, — ответил Тони.
— Почему тогда я не рожаю?
— О, мадам, Вы рожаете.
Клэр закрыла глаза и прислушалась к себе. Она чувствовала себя комфортнее, чем последние несколько недель. Боль в пояснице исчезла. Напряжение прошло. Снизу не давило. Слезы покатились из её глаз.
Тони нежно вытер её: — Почему ты плачешь?
Слова пробивались сквозь всхлипы: — Не думаю, что так должно быть. Если я рожаю, то должна что-то чувствовать. Воды отошли. Для ребёнка опасно находиться внутри. — Она взглянула на Мадлен, — Почему нет схваток?
Мадлен честно ответила: — Я не знаю, но будут. Ваш ребёнок захочет появиться.
Складки вокруг глаз Тони стали глубже.
— Я поеду в город. Я не могу просить кого-то делать то, что я сам не желаю.
Клэр схватила его за руку.
— Нет! Ты не поедешь. Я не хочу, чтобы и Фил с Френсисом рисковали, но ни при каких обстоятельствах ты не должен покидать меня. — Без улыбки она добавила, — Это не обсуждается.
Его улыбка дрогнула, и он прошептал ей на ухо: — Хочешь, я принесу атласную маску?