— С другой стороны, — продолжала она, — Я никогда не верила, что моя дочь жива.

Я раздумывал, не сказать ли ей, что Арания не располагает такой информацией. Аннабель может быть расстроена из-за Полин, но когда дело касалось Рубио, я не был уверен, что ей можно доверять.

— Тем не менее, Арания больше не будет подвергаться опасности. Это касается Рубио, Полин и любого из людей МакФаддена.

Судья Ландерс начала подниматься.

— Мистер Спарроу, я вас больше не задерживаю. — Она полезла в сумочку и протянула мне визитку. — Вот мои личные номера. Спасибо, что уделили мне время.

Встав рядом с ней, я кивнул.

— Я хочу, чтобы вы знали, что я не нашел ее, чтобы причинить вам боль.

Я не был уверен, что заставило меня сказать ей это, но сделал.

— Нет, я верю, что вы нашли ее, чтобы причинить вред Рубио, и мне все равно. Вы нашли ее. — Она потянулась ко мне и остановилась, положив обе руки на свою сумочку. — Каким-то образом благодаря вам жизнь и надежда расцвели там, где я никогда не думала, что это возможно. Я предпочитаю верить, что вы искренне желаете ей счастья. Это все, чего я когда-либо хотела. Не важно, по какой причине вы ее нашли, спасибо.

Глава 4

Арания

Яна встретила нас с широко раскрытыми глазами.

— Все в порядке?

Если бы только существовал простой ответ на этот вопрос. Вместо этого я отложила разговор.

— Что-нибудь случилось, пока нас не было?

— Нет, в основном тихо.

— Пожалуйста, отвечай на все звонки — все, — подчеркнула я, зная, что есть один человек, который может быть настойчивым.

— Мисс Хокинс? — спросил Патрик, когда я направилась в свой кабинет.

Я повернулась к нему.

— Нам с Винни нужно продолжить начатый в гостинице разговор. У нас было мало времени.

Хотя несогласие волнами исходило от Патрика, и я знала, что он хочет получить ответ на свой вопрос, он не ответил на мое заявление опровержением, а просто кивнул.

Как только мы с Винни вошли в мой личный кабинет и закрыли дверь, я жестом указала на стол — тот, что все еще был завален эскизами для миссис МакФадден.

— У меня нет здесь ничего крепкого. Хочешь кофе или воды? — спросила я.

Покачав головой, она села.

— Мне очень жаль.

Выключив телефон, я положила его в сумочку и убрала в ящик стола, направилась к книжному шкафу, где стоял кофейник. Налив себе чашку теплого индонезийского кофе, я добавила сливок и размешала. Наблюдая за движением в кружке, я собиралась с мыслями. Глубоко вздохнув, продолжила:

— Ты все время говоришь, что тебе жаль. У тебя есть что-нибудь в сейфе в гостиничном номере?

Ее голубые глаза посмотрели на меня.

— Что?

— Ты не можешь оставаться в этом номере. Держу пари, что он прослушивается.

— Кенни, кто ты такая? Что, черт возьми, происходит? Человек, которого я знаю, знала, даже не подумал бы так. То, что агент Хантер сказал, что мистер Спарроу опасен, убедило меня, что это правда. Он заставил меня поверить, что я помогаю тебе, связывая с ФБР, как будто ты была вынуждена сделать что-то… против воли.

Сделав глубокий вдох, я отнесла кофе к столу и села.

— Стерлинг занимается недвижимостью.

— Ты уже много раз об этом говорила. Похоже, что между монстром, которого описал агент Хантер, и этим человеком, который сбил тебя с ног, есть некая середина. Или за неожиданно свалившимся на тебя богатством и роскошью ты не видишь истину.

Богатством?

Я подняла голову.

— Объяснись.

— Ты сказала, что живешь с ним. — Я кивнула. — У тебя есть личный телохранитель. Ты носишь дорогую одежду. Я могу предположить, что поездка в Канаду была его идеей. И ты выглядишь… — Она махнула рукой в мою сторону. — …не знаю, по-другому. Ты всегда была самой уверенной из нас, той, кто готова рисковать. А теперь ты кажешься мне… величественной. — Она снова покачала головой. — Я имею в виду не то, что ты думаешь, что ты лучше, а то, что ты действительно лучше. Это висит в воздухе. Не…черт, я неправильно выражаюсь.

— Из нас, — сказала я.

— Что?

— Ты сказала из нас — я была самой уверенной из нас.

— Да.

— Полагаю, если честно, — сказала я, — я чувствую себя обманутой и разочарованной. Почему ты решила обсудить «Полотно греха» и меня с кем-то еще, не с Луизой, а с незнакомцем? Если есть мы, не должны ли мы сначала поделиться своими проблемами друг с другом?

Винни откинулась назад.