— Нет, мам. — Николь надулась и умоляюще перевела взгляд с Клэр на Тони. — Это особенный день. — Ее маленькие пальчики возились с вырезом топа. — Видишь, мне даже пришлось надеть ожерелье прабабушки. Значит, он очень особенный. Так что мы можем съесть кексы до ужина.

Тони пожал плечами и улыбнулся Клэр.

— Моя дорогая, твои навыки ведения переговоров передаются следующему поколению. Я не знаю, как мы можем спорить с таким аргументом.

Клэр вздохнула.

— Хорошо, но нас ждет чудесный ужин, так что после кексов…

— Мы поужинаем, — хором ответили Николь и Тони.

После ужина и сказки на ночь Тони и Клэр уложили Николь в постель и закрыли дверь. Тая в объятиях мужа, Клэр наслаждалась его сильными руками и преувеличенно громко выдохнула.

— Ты устала праздновать, моя дорогая?

— Я думаю, да. Ты понятия не имеешь, сколько времени потребовалось, чтобы вырезать все эти сердечки.

Ведя ее к их комнате, Тони открыл дверь, Клэр ждал сюрприз при свечах. Их личный столик был накрыт белой скатертью, на нем стоял букет красных роз на длинных стеблях.

— Тони? Что ты сделал?

— Ну, возможно, меня проинформировали о празднике бумаги и кондитерских изделий.

Клэр приподняла бровь.

— Кто сказал тебе? Это должно было стать сюрпризом.

— Возможно, Шеннон что-то упоминала об этом, но не злись на нее. Когда я сказал ей, что хочу, чтобы она присмотрела сегодня за Николь, пока я приглашу тебя отпраздновать, она просветила меня насчёт секретного плана. Она не хотела, чтобы я испортил сюрприз Николь.

Клэр медленно повернулась, заметив лепестки роз, разбросанные по их откинутым простыням.

— А что там? — спросила она, указывая на стол. — Мы уже поели.

С дьявольской ухмылкой он приподнял одну крышку, показывая клубнику.

— Хм-м-м, — ответила она. — Думаю, меня можно было бы убедить…

Прежде чем она успела закончить, он поднял вторую крышку, открыв шоколадный соус и взбитые сливки. Ее глаза широко распахнулись.

— Тони?

Муж грациозно двинулся к ней, его глаза темнели с каждым шагом, заставляя ее внутренности до боли скручиваться. Когда Тони притянул ее к себе, прижав ее грудь к своей сильной груди и завладел ее губами, в голове Клэр не осталось больше мыслей об усталости. Мгновение спустя его умелые пальцы начали расстегивать ее блузку.

Не столько с протестом, сколько с вопросом, Клэр повторила: — Тони?

Его теплое дыхание пощекотало ее обнаженное плечо, когда он прошептал: — Мы же не хотим, чтобы на этой красивой блузке остался шоколадный соус или взбитые сливки. — Приподняв бровь, он добавил, — Или на твоих брюках, или на красочном кружеве, которое у тебя под ними.

Держа его за плечи для поддержки, когда ее брюки присоединились к блузке в луже шелка на полу, она ответила: — А мы не хотим?

— Нет, потому что, моя дорогая, пришло время для нашего собственного праздника сладостей, и если ты думаешь, что на кухне у нас был беспорядок… — Он ухмыльнулся, и его темные глаза сверкнули в свете свечей. — …Ты еще ничего не видела.

— Хм-м-м, — выдавила она, потому что слова формировались с трудом, когда губы Тони проследовали по дорожке от ее уха до плеча. Прежде чем речь перестала быть доступной, она спросила: — Ч-что насчет тебя?

— А что насчёт меня? — Ее пальцы возились с пуговицами его рубашки. — Я бы тоже не хотела, чтобы шоколад был на этой милой рубашке.

Когда она расстегнула последнюю пуговицу, он схватил ее за руку.

— Моя дорогая, вы с Николь спланировали свой сюрприз. А это мой сюрприз по случаю Дня святого Валентина тебе. Ты мне доверяешь?

Клэр кивнула, позволяя Тони подтолкнуть ее к кровати, её колени подогнулись. Она была одета только в розовый кружевной лифчик и трусики. Тони окинул ее темным восхищенным взглядом с головы до ног. Каждая секунда наполняла ее и уязвимостью, и ожиданием. Наконец, она ответила: — Я доверяю тебе.

Похотливая ухмылка расплылась от уха до уха, когда он горячо сказал: — Отлично. У меня есть кое-что, что я хотел бы, чтобы ты надела. Помни… ты сказала, что доверяешь мне.

Глаза Клэр расширились, ее дыхание стало поверхностным, когда она прикусила нижнюю губу.

— Ч-что ты хочешь…

Прежде чем она успела закончить, Тони открыл ящик прикроватной тумбочки и вынул атласную маску для сна. Щеки Клэр одобрительно приподнялись, когда она потянулась за маской.

— Нет, — сказал он, приподнимая ее темные волосы и целуя в шею. — Позволь мне. — Он нежно надел маску на ее изумрудные глаза и закрепил резинку на затылке. — Можешь видеть?

— Нет. — Хихикнула она.