— Она понимала, что разрешение комиссии по условно — досрочному освобождению встретиться и, возможно, предоставить условно — досрочное освобождение — это пороховая бочка.

— Так вот почему она позвонила тебе? — спросила Лорел.

— Да. Она также знала, что я не соглашусь встретиться с Уолшем или любым другим федералом. Не в открытую.

— Вот тут-то и появилась я.

Мы все кивнули Арании.

— Вот тут-то ты и появилась, — сказал я. — Мы предположили, что Уолшу нужны физические доказательства связи между нами и Бьянкой. Конверт с порошком от дискет — это все, что у нас было. Однако, в качестве бонуса, снаружи были отпечатки пальцев Бьянки.

Выражение лица Арании стало серьезным.

— Уолш знал о дискетах — раньше.

— Да, — ответил я. — Он упоминал об этом. Он также спросил, предоставила ли ты ему все доказательства восемь лет назад.

— Что ты сказал? — спросила Арания.

— Я сказал, что не разрешал тебе давать ему что-либо.

Арания глубоко вздохнула.

— Значит, все кончено? — Она посмотрела на остальных. — У нас может быть настоящий пляжный день.

— Кстати об этом, — сказал я, привлекая всеобщее внимание.

Патрик заговорил первым.

— Руби, мы с твоей мамой поговорили. Ты знаешь, что убежище на острове Падре принадлежит тебе?

Руби кивнула.

Мэдлин добавила:

— Официально оно не будет передано тебе еще несколько лет.

— Мне 21, — сказала она.

— Так и есть, — сказал Рид. — Хочешь краткое изложение ежегодных налогов и расходов на содержание убежища?

Руби покачала головой.

— Нет, мне и так хорошо.

Кухня наполнилась смехом.

— Но, — сказал я, — Вы все говорили о пляже, и я хочу, чтобы мы затаились на несколько дней. — Я повернулся к своей племяннице. — Ты не возражаешь, если мы все отправимся в убежище на острове Падре? Мне кажется, я знаю троих маленьких детей, которые были бы в восторге.

Глаза Арании широко раскрылись, пока мы говорили.

Руби выпрямилась.

— Нет, не возражаю. Мне нравится эта идея.

— Тогда решено, — сказал я.

— Я позвоню Марианне, — сказал Патрик, говоря о нашем пилоте. — Мне, например, не помешало бы немного отдохнуть.

Рука Арании накрыла мою, и она прошептала, пока остальные говорили вокруг нас.

— Ты не перестаешь меня удивлять, Стерлинг.

— Чем?

— Ты спросил у Руби. Ты спросил.

— Очевидно, старые собаки могут научиться новым трюкам, — сказал я с усмешкой

— Чикаго будет в порядке, если вы все уедете?

Я прижался своим лбом к ее лбу.

— Да. У нас работают лучшие из лучших. Сегодня они снова доказали это.

Глава 13

Арания

Через открытые французские окна проникал шум океана внизу. Я выключила свет в спальне и направилась к большой кровати. Мрачный взгляд ожидающего мужчины был устремлен на меня, даже если я не могла разглядеть его в темноте. Луна отражалась в волнах за балконом. Еще ниже ждал плавательный бассейн, вода в котором переливалась разноцветными огнями. Там я провела большую часть дня с Голди и остальными.

Мы провели свой пляжный день и пробудем здесь еще немного, прежде чем отправиться обратно в Чикаго.

— Это была отличная идея, — сказала я, ставя одно колено на кровать и забираясь на нее.

Большая рука Стерлинга потянулась к моей, поднося костяшки моих пальцев к своим губам.

— Я пару раз прослушивал запись твоей встречи с Уолшем. Ты же знаешь, он был неправ.

Откинувшись на мягкие подушки, я посмотрела в потолок, пытаясь вспомнить все, что было сказано.

— Я не помню.

Стерлинг придвинулся ближе, его тело и тепло были рядом со мной.

— Я доверяю тебе, Арания. Я доверяю тебе свою жизнь, жизнь нашей семьи, друзей, коллег. Я доверяю тебе город. Ты моя королева.

Улыбка появилась на моих губах, и я повернулась к нему лицом, наши носы почти соприкоснулись.

— Я тоже тебе доверяю, Стерлинг.

— Может показаться… — сказал он. — Люди вокруг тебя… причина, по которой они были там…

Я поднесла палец к его губам.

— Они были там для защиты, для безопасности. Дело не в доверии. Я это знала. Ни Уолш, ни кто-либо другой не может заставить меня усомниться в тебе. С первого дня, как мы встретились, ты был немного чрезмерно заботлив.

Я видела его улыбку в лунном свете.

— Да, — сказала я, — Чрезмерно заботлив. Больше, чем чуть — чуть. Это не значит, что ты мне не доверяешь. Это значит, что ты любишь меня, потому что я твоя, а ты мой.