— Ты собираешься оставить меня здесь одну?

Он притянул ближе её обнажённое тело, так что её голова оказалась на его плече.

— Нет, клоп. Я тебя никогда не оставлю, а ты никогда не оставишь меня, помнишь? Но нам нужно лететь.

Она подняла голову:

— Пожалуйста, Декстер, не надо коктейля.

Он закрыл глаза и вздохнул.

— Я помню, что ты говорила, что не любишь его. Я в сомнении. Я его уже приготовил. Не знаю… не уверен, что ты будешь хорошо себя вести, и не убежишь при первом удобном случае.

— Я не убегу, — быстро ответила она.

— Ох, клоп. Я уверен, что ты так и думаешь сейчас, но всё изменится, когда появится шанс. В Штатах общения будет больше. Тебя даже могут узнать.

Узнать? Возможно ли? Теперь, когда она жила в комнатах с зеркалами, она задумывалась, выглядит ли она так же, как раньше? Её отражение выглядело как-то по-другому. Она во многом была не той девочкой, которая села когда-то в самолёт в Бостоне.

Кроме того, хотела ли она, чтобы мир всё узнал? Знают ли о её исчезновении? Хочет ли она, чтобы люди узнали, кем она стала, что ей нравится, как Декстер обращается с ней, если она и сама это ещё не поняла. Что, сделав себя центром её вселенной, он дал ей возможность почувствовать себя любимой не как ребёнок, а как женщина.

Натали затрясла головой.

— Пожалуйста, Декстер. Я не хочу снова чувствовать действие коктейля. Мне не нравится терять контроль.

— У тебя есть контроль.

Это было простое утверждение, но точное. Она кивнула.

— Ты прав. И мне нравится отдавать его тебе по собственной воле, а не безвольно.

— Знаю. Но ты должна мне верить.

— Я верю тебе. И ты, пожалуйста, верь мне. Я помню, что я твоя королева. Что мы делаем за закрытыми дверями — это наше дело, и больше ничьё. — Её сердце щемило, но слова были правдивы. — Я не хочу, чтобы другие знали, что Натали Роулингс стоит часами на коленях и приветствует твои наказания, что от твоих действий я увлажняюсь и желаю тебя.

— А что твоя семья? Что с ними?

Натали села, почувствовав внезапный озноб от столкновения её старой и новой жизни. Нежданные слёзы потекли по её щекам.

Декстер тоже приподнялся и заключил в свои объятья.

— Ш-ш-ш… — успокоил он. — Нат, с этим нам обоим надо что-то решить, раз мы возвращаемся в Штаты.

— Что я им скажу? Я исчезла. — Она всхлипнула. — Я прошла с тобой через границу по собственной воле. Я их бросила. — Ещё больше слёз. — Как они смогут меня простить? Я уехала без единого слова.

— Нет.

— Что ты имеешь ввиду? — спросила она с озадаченным лицом.

— Я сказал — верь мне. Я хотел тебя. Теперь ты моя. Я с самого начала сказал тебе, что не пытаюсь отдалить тебя от твоей семьи или кого-то ещё. Нам просто нужно было время побыть наедине, прежде чем примешивать сюда остальных.

Сотня эмоций вертелась внутри Натали, кожу закололо.

— Не понимаю.

Декстер встал с кровати.

— Не вставай, клоп. Я покажу тебе кое-что, чтобы всё встало на свои места.

Часом позже, когда Натали подняла от планшета Декстера взгляд, её глаза были покрасневшие и опухшие. Из того, что она прочитала, выходило, что она действительно ничего не пропустила. Во время каждого праздника, дня рождения и любого другого события Натали общалась со своей семьёй. Она посылала фотографии пейзажей и длинные электронные письма с объяснениями о том, что ей нужно найти себя после неудачного опыта в колледже.

Тут были ответы от обоих родителей. Хотя поначалу в их словах сквозило разочарование, со временем они простили её и говорили, что единственное их желание — чтобы она вернулась. Писали даже сестра с братом. Не удивительно, что Николь была более критична, тем не менее, они оба тоже, как и родители, ждали её.

Когда она повернулась к Декстеру, он спросил:

— Теперь понимаешь?

Нат затрясла головой. Умом она понимала всё, что читала. Она не могла понять, что за этим всем стоит.

— Ты также посылала своей маме СМС.

Её маме.

Ещё больше слёз.

— Зачем?

— Для тебя. Для них.

Она прокрутила экран планшета. Первые письма датировались спустя несколько дней после её полёта.

— Они… они искали меня?

— Конечно, искали. — Он поцеловал её в лоб. — Они любят тебя. Они любят такую, какую знали: избалованную, капризную дочь и сестру. — Его глаза засияли, словно чистые воды океана. — Подожди, пусть увидят тебя теперь.

— Ты это делал для меня?

— Да.

Когда прозвучал его ответ, её накрыло волной озарения.

— Дата. Ты начал это сразу, как забрал меня.

— Да.