– Если у нас будет шанс провести разведку, я хочу, чтобы все мы держались вместе. Никаких «я пойду туда, а ты останешься здесь». Понятно, что мы можем узнать больше, если будем искать в разных местах, но в сложившихся обстоятельствах нужно действовать с умом. Короче, ребята, прикрывайте друг другу спины. Да, мы можем разделиться, чтобы просканировать бо́льшую территорию, но будем держаться группами. И если что-то хотя бы отдаленно покажется подозрительным, подайте сигнал – другая группа тут же прибежит.

Все кивают.

– Думаю, мне все время надо быть неподалеку от Вона, – вносит уточнение Сорик. – До этого никто особо не обращал на него внимание, но со временем это может измениться. Если они поймут, что он безропотно выполняет приказы, они смогут использовать его против нас.

Я устало выдыхаю.

– Да, хорошая мысль… Но мы можем по очереди наблюдать за ним, и ты не будешь все время сидеть взаперти.

Сорик улыбается.

– Не переживай из-за этого, Винна. По крайней мере у меня будет время разобраться, есть ли надежда исправить или завершить то, что пошло не так, когда Адриэль пытался превратить твоего отца в ламию.

Я поворачиваюсь к отцу. Искра надежды вспыхивает в груди. Не хочу этого признавать, но, глядя на волшебные огоньки над нашими головами, я ничего не могу с собой поделать – они мне до чертиков нравятся. Но ведь у них наверняка есть еще что-то. Кто знает, какие тайны хранят Стражи Тиерита… Если и есть место, где Вон мог бы получить помощь, то, вероятно, это здесь.

Пытаюсь сдержать свои чувства. Мне не хочется думать о том, что с Воном ничего не получится, и в то же время я боюсь изменений. Можно зажать кулаки и надеяться, но надежда… Неизвестно чем она может обернуться.

– Ладно, давайте немного отдохнем, – говорит Райкер. – Энох, вы можете занять вон ту комнату, – он указывает на комнату справа от нас. – Сорик, ты с Воном располагайся в дальней комнате, а мы займем те две с другой стороны. Все согласны?

Ребята кивают и медленно расходятся. Провожаю взглядом ковен Эноха, и меня в очередной раз осеняет, насколько хреново все это, должно быть, для них. В поле моего зрения появляется Сабин и протягивает мне руку, помогая подняться с колен близнецов. Встаю со стоном и задаюсь вопросом, чувствовала ли я когда-нибудь такую усталость раньше. Мне даже моргнуть трудно. Но помимо физического истощения я чувствую себя опустошенной и на эмоциональном уровне. Такого точно не было никогда.

Сабин одаривает меня полуулыбкой, и мне кажется, что он заглядывает прямо в душу. Он ведет меня в комнату с ванной. Отмечаю красное постельное белье на большой кровати в готическом стиле, изголовье которой задрапировано тканью. Интерьер выглядит так, будто он создавался для королевских особ, столь роскошную спальню я видела только в кино. Напротив кровати есть камин, на каминной полке и по бокам от нее вырезаны виноградные лозы и замысловатые цветы. Пробегаю взглядом вдоль еще одной лозы, тянущейся к потолку из угла, и в тусклом волшебном свете могу разглядеть… Камасутру, но особенную.

– Ребят, у нас тут порно-комната с кентаврами, – сообщаю я и запрокидываю голову, чтобы рассмотреть все те позы, на которые, как я думала, настоящие кентавры не способны. Похоже, четыре лошадиные ноги не такая уж большая помеха, как можно было бы подумать. Не то чтобы я когда-либо задумывалась о сексе с кентаврами, как и вообще об этих существах, но теперь точно задумаюсь.

– Да? И как там у них дела с шесть-девять? – спрашивает Нокс, наклоняя голову влево, словно это поможет ему лучше разглядеть. – У них такие гибкие конечности?

Я усмехаюсь и качаю головой.

– Не знаю, навредит ли мне это художество или поможет, – усмехается Райкер, разглядывая резьбу.

Я отвлекаюсь от созерцания похабных картинок, когда в дверях появляются близнецы и Торрез. Они несут большой матрас и постельное белье. Все это, насколько я могу предположить, они взяли в соседней комнате. Дальше – больше. Нокс, Сабин и Сиа поднимают матрас с кровати уже здесь и кладут его на пол рядом с другим.

Я наконец-то сбрасываю обувь и стягиваю покрытые коркой грязи штаны. Рубашку я потеряла в драке, когда сорвала ее и прижала к колотой ране на животе… до того, как эта гребаная рана исчезла. Стягиваю через голову топ и благодарно улыбаюсь Сиа, когда он тут же протягивает мне свою футболку. Мы все грязные, и нам, конечно же, стоит помыться, но мы слишком устали, чтобы обращать на это внимание. Заползаю на середину матраса и забираюсь под одеяло.

Никому из нас не удалось сохранить свои рюкзаки посреди этого безумия, но побеспокоимся об этом завтра. Мои Избранные ложатся рядом со мной, но я уже проваливаюсь в сон. Чувствую, как чьи-то руки обнимают меня за талию, и прижимаюсь спиной к теплой мускулистой груди. Чьи-то пальцы переплетаются с моими, а ноги обхватывают мои.

Через несколько секунд я крепко засыпаю – измученная, согретая, защищенная.