Каким же глупым он был. Наивным, беспечным и глупым, если позволил себе глубоко увязнуть в отношениях (пусть и бестелесных) с Ясным Днем… с Лидией… и забыть предсказание Оракула. Тешил себя иллюзией, что предсказание лишь намекало на его возможную бездетность. Друзья друзьями, но он устал от своего одиночества, от жалкого, отвратительного сознания собственной ненужности. Ему бы крепко задуматься, хотя и так было ясно: эта дорога приведет к беде. И билет у него только в одну сторону.

Оставалось лишь закончить всю эту историю.

– Аталар, ты тогда был один, – сказал ангелу Рунн.

Хант посмотрел на него. Рунн расценил это как мысленное «ага». Принц кивнул. Друзья, братья, называйте как хотите, но он мог рассчитывать на поддержку Аталара.

В глазах ангела что-то мелькнуло. Может, благодарность. Или надежда. Это гораздо лучше, чем недавнее выражение его глаз. Рунн сосредоточился. Напряг мозг, затуманенный болью. Пусть у него билет только в одну сторону, но это не значит, что Хант должен разделить его участь. И Брайс…

Рунн отвел глаза, чтобы Хант не прочитал в них страх, проникший фэйскому принцу в самое сердце.

К счастью, Баксиан поддержал его:

– Ты, Аталар, тогда и Умброй Мортисом не был. С тех пор ты изменился.

Хант ехидно засмеялся. В смехе слышались бунтарство и вызов, бросаемый обстоятельствам. Хвала богам за это.

– А ты что думаешь, Данаан? – спросил он.

– Ты что же, все это время торчал где-то рядом с нами?

Брайс сердито смотрела на крылатого воина, окруженного тенями. Река осталась позади. Они шли по другому туннелю, находившемуся ниже, чем прежний. Источником света по-прежнему служила звезда на груди Брайс, освещавшая окружающее пространство, в том числе и рельефы на стенах. Ее зубы стучали от холода. Движение помогало согреть озябшее тело, хотя и ненамного.

– Да, – лаконично ответил Азриель, шедший позади Брайс.

– Это все, что ты вытянешь из него, – фыркнула Неста, которая шла первой.

Пытаясь унять дрожь, Брайс обернулась и посмотрела на Азриеля:

– Это твои тени преграждали путь моему свету?

– Да, – вновь ответил Азриель.

– И это, наверное, его здорово расстроило, – усмехнулась Неста.

– Но зрелище, как ты прыгаешь в ледяную воду, подняло мне настроение, – невозмутимо добавил Азриель.

Брайс могла побиться об заклад, что по его красивому лицу промелькнула мимолетная улыбка.

– А зачем вообще тебе понадобилось прятаться? – спросила она.

– Чтобы наблюдать, – ответила за него Неста, продолжая уверенно идти вперед. – Надо же было увидеть, на что ты способна и куда меня уведешь. Едва мы узнали о существовании туннеля, быстренько собрались, взяли все необходимое и двинулись вслед за тобой.

Теперь понятно, откуда у нее мешок с припасами.

Стены по-прежнему украшали рельефы. Все их Неста заблаговременно проверяла своим серебристым пламенем на предмет скрытых ловушек. Здешние изображения были более мирными. Играющие маленькие дети. Смена времен года, когда вслед за деревьями с обильной листвой следовали другие, с голыми ветвями, а за ними – снова полные жизни. Безмятежные сцены из далекого прошлого, не вязавшиеся с разговором, который вели путники.

– Твои догадки не хуже моих. Я просто иду, куда ведет меня свет, – сказала Брайс, указывая на туннель и нескончаемые рельефы.

– Недавно он завел тебя прямо в реку, – проворчала Неста.

Азриель хмыкнул.

Брайс снова оглянулась на него, на крылья и доспехи. Лишь сейчас она заметила, что уши Азриеля не заостреные, как у фэйцев, а закругленные, подобно человеческим. Ей попадались рельефы с изображением воинов, похожих на него. Их были целые армии.

– В вашем мире есть ваниры?

– Кто-кто? – настороженно сощурился Азриель.

Брайс замедлила шаг и пошла рядом с ним. Вернее, потому и пошла, что он позволил.

– На Мидгарде – моей родной планете – это понятие включает всех существ нечеловеческой природы, наделенных магическими способностями. К ванирам относятся фэйцы, ангелы, оборотни, русалочий народ, спрайты… Фэйцы, естественно, находятся на вершине пищевой цепочки.

С каждым новым словом брови Азриеля поднимались все выше. Неста шумно растирала мокрые холодные руки и предплечья, чтобы те хотя бы немного согрелись.

– А в нашем мире, – сказала она, – есть только люди и фэйцы. Но среди фэйцев есть высокородные – вроде меня и Амрены. И есть те, кто называется низшие фэйри. Все они тоже владеют магией. А такие, как Азриель, они… они иллирианцы, вот так.

– Значит, Ризанд тоже иллирианец, раз у него есть крылья? – спросила Брайс, надеясь узнать побольше.

– Наполовину, – поправила ее Неста. – Он наполовину высокородный фэец, наполовину иллирианец.

Азриель выразительно кашлянул, предостерегая от излишней разговорчивости, но Неста, игнорируя его, резко добавила:

– Зато высокомерие у него не половинное, а двойное.