– Нет, не должны, – согласился он, но, к счастью, не остановился. – Мне нужно держаться от тебя подальше. Я не знаю, что это за колдовство, – прошептал мистер Деверелл, наклоняясь ближе и выдыхая слова ей в лицо, – но я должен остановиться.

Ей тоже по многим причинам нужно было держаться от него подальше, но в этот миг она не могла припомнить ни одну из них. Ее разум был спутан. Корвина ощущала лишь его запах – тот самый запах горящего дерева и крепкого бренди, его голос – тот низкий, хриплый голос, от которого напрягались соски, и его обжигающие серебристые глаза – те самые, от которых у нее перехватывало дыхание и покалывало губы. В этот миг она превратилась в сплошное чистейшее ощущение от корней растрепанных распущенных волос до кончиков поджавшихся пальцев на ногах, а она всего лишь прижалась к его телу.

Его лицо приблизилось к ней, как и произнесенное шепотом требование:

– Останови меня.

Корвина разомкнула губы.

– Черт, – выругался он, его губы замерли в считанных сантиметрах от ее губ.

Она сделала вдох, еще сильнее прижимаясь к нему грудью как раз в тот миг, когда он выдохнул, обмениваясь с ней одним глотком переполненного напряжением воздуха. От ритмичной пульсации между ног Корвина вмиг стала влажной, возбужденной и преисполненной желания.

Он отпустил ее руки и схватился за ткань юбки, не отпуская ее из плена своих глаз.

– Я говорил тебе не смотреть на меня таким взглядом. – Серебристый сошелся с фиолетовым в темном углу библиотеки. – В твоих глазах таится такой голод. Твоя душа изголодалась, как и твое тело. Скажите мне, мисс Клемм, ты хочешь утолить его?

Она хотела.

Всем своим естеством она чувствовала себя на виду, распростертой перед ним, словно растрескавшаяся почва в ожидании, когда он утолит ее жажду.

– Вкусить лишь раз. И все.

Да, она хотела вкусить. Он был близко, так близко, а она умирала от желания ощутить его вкус.

Не двинувшись с места, мистер Деверелл прикрыл ее рукой, которой держался за полку, и, не отводя взгляда, начал медленно задирать ее юбку. Ткань зашуршала по ногам, обнажая их с одной стороны и усиливая сенсорную перегрузку в теле, и Корвина почувствовала, как у нее перехватило дыхание.

Его большая ловкая ладонь прошлась по ее ноге, по бедру, а пальцы скользнули к влажному, изнывающему от желания местечку между ее ног, нащупав одну только кожу.

Его дыхание стало прерывистым, когда он пальцем коснулся влажной плоти.

– Без нижнего белья?

Корвина содрогнулась.

– Я не… не люблю носить белье. Иногда его не надеваю.

– Ты погубила меня этим известием. – Он лишь раз обвел средним пальцем вход в ее лоно, и, упершись спиной в книжную полку, она непроизвольно подалась бедрами вперед, жаждая больше давления, больше контакта. Но он убрал руку, вынул ее из-под юбки и позволил ткани опуститься обратно.

Не отводя взгляда, мистер Деверелл медленно провел мокрым пальцем по ее нижней губе, покрывая влагой, а затем наклонился и слизал сок, который по ней размазал.

Ее внутренние мышцы сжались.

– Амброзия, – пробормотал он и снова мягко провел языком по ее нижней губе.

У Корвины голова шла кругом от ощущений. Они соприкасались носами, грудь у обоих тяжело вздымалась, зрачки расширились, его губы разомкнулись возле ее губ.

– Ведьма, – пробормотал он так близко, что она почти ощутила прикосновение губ.

– Дьявол, – прошептала она, глядя, как его глаза вспыхивают пламенем, чувствуя, как значительная выпуклость упирается ей в живот прямо там, где в глубине трепетало тепло.

Грохот в другом ряду заставил их отпрянуть друг от друга.

Быстро осмотревшись, мистер Деверелл выдохнул и провел руками по волосам. Долгое мгновение он просто дышал, будто пытаясь взять себя в руки. А затем отступил назад, нацепив на лицо непроницаемую маску и стиснув челюсти.

– Мы не можем допустить, чтобы это повторилось, мисс Клемм. Вам понятно?

Корвина шумно сглотнула.

– Да, мистер Деверелл.

Не сказав больше ни слова, он развернулся и ушел, забрав с собой заряженную напряжением ауру.

Корвина прислонилась спиной к стеллажу, прижав ладонь, которую он держал, к груди и пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце, не обращать внимания на покалывание во рту и напрячь мышцы между бедер. Она не знала его, не знала, кто он такой. Он мог быть злодеем. Мог быть в ответе за исчезновения или как-то связан с ними. И он был ее преподавателем. Она не могла рисковать всем из-за него, он сам так сказал. Это ее новое начало, и, учитывая свое прошлое, она не могла рисковать. Не сейчас.

Веренмор был для нее чистым листом, а Вад Деверелл – зловещим предзнаменованием.

Корвина

− Давайте поговорим о смерти, согласны?