К тому времени, как я подошел к ней, она лежала, согнутая пополам, на нашей лужайке перед домом, под проливным дождем, и впивалась пальцами в траву. Что-то внутри меня щелкнуло. Я хотел найти того, кто сделал это с ней, и избить его до полусмерти. Нет, даже хуже.

Намного. Хуже.

– Какого…

– Хрена? – продолжил Коул позади меня, снимая слова у меня с языка.

– Какого черта она здесь делает? – огрызнулась Бьянка, наблюдая за Дилан. – Ты не могла просто постучать в дверь, как все нормальные люди, стерва?

Я повернулся к ним лицом.

– Идите внутрь. Вы оба. Сейчас же! – закричал я, когда они не двинулись с места.

Бьянка хотела возразить, собственно, как всегда, но Коул взял ее под руку и завел внутрь.

Я снова сосредоточил свое внимание на Дилан.

– Привет. – Я подходил к ней, как к бомбе, готовой вот-вот взорваться. Медленно и осторожно. – Что случилось?

Она не отвечала. Не могла.

Девчонка была сама не своя, тщедушное тельце сотрясалось от силы ее рыданий. Я никогда не видел кого-то настолько расстроенным.

С тех пор, как…

Прогнав комок боли, я положил руку ей на поясницу. Одежда промокла насквозь. Температура едва достигала десяти градусов, дул ужаснейший ветер. Такими темпами Дилан заработает себе пневмонию, прежде чем сможет сказать мне, что случилось.

Обхватив за талию, я притянул ее к себе. Девушка уткнулась головой мне в грудь, изо всех сил вцепившись в мою рубашку.

– Дыши, детка. Я держу тебя.

С сердцем, полным горя, я понес ее внутрь.

Последние четыре года я цеплялся за любую возможность разрушить жизнь этой девушки, чтобы посмотреть, как она ломается.

Кто знал, что успех будет таким чертовски горьким на вкус.

Окно yже было заколочено большим куском картона, а Коул сметал стекло в совок, когда я вошел в свою спальню.

– Спасибо.

Он продолжил подметать.

– Я был у тебя в долгу. Решил, это самое меньшее, что я мог для тебя сделать.

Я стал укладывать Дилан на свою кровать, но она обвила руками мою шею, а талию обхватила ногами. – Мне нужно найти тебе одежду, – сказал я ей, однако Дилан еще крепче вцепилась в меня.

– Я могу попросить Бьянку одолжить ей что-нибудь, – предложил Коул.

Да уж, скандала будет не избежать.

– Не. Я сам разберусь.

Неся на себе Дилан, я направился к своему комоду. Достал толстовку и пижамные штаны. Они, конечно, будут слишком велики для нее, но лучше это, чем ничего. Протянув руку, я начал расстегивать джинсы Дилан, и мой взгляд упал на Коула.

– Оставь нас.

Он пошевелил бровями.

– Понял, принял, братишка.

Да, потому что эмоционально нестабильные девочки так заводят.

Дверь со щелчком закрылась, и я плюхнулся вместе с ней на кровать.

Дилан все еще плакала и дрожала, а я чувствовал себя дерьмово, когда мне пришлось разжимать ее мертвую хватку у себя на шее – не было выбора. Нужно было переодеть ее в сухую одежду.

Зубы Дилан начали стучать, едва я снял с нее рубашку.

– Я знаю, – сказал я, надевая ей на голову толстовку. – Мы скоро уложим тебя под одеяло, и ты согреешься.

Господи. Я не узнавал этого парня, заботящегося об этой девушке, будто она была самым дорогим, что существовало на свете… хотя, по сути, должен был ее ненавидеть.

Хотя, на самом деле, я знал.

Это я… около четырех лет назад.

В те времена, когда девушка, плачущая у меня на руках, была моей лучшей подругой.

Моим всем.

Заставляя свой член не реагировать, я поднял ее и стянул мокрые джинсы. Затем надел на нее пижамные штаны и туго завязал шнурок, чтобы они не упали.

– Ты расскажешь мне, что случилось?

Чью задницу мне следует надрать.

Чью жизнь мне требуется разрушить.

Чья кровь будет на моих чертовых руках за то, что тебя посмели обидеть.

– Мой папа, – прохрипела она. – Я думала… Саванна… ребенок.

Вот дерьмо.

Я начал улавливать мысль, пока она не выдала:

– Оукли… моя тетя Кристал… ты. – Звук, который она издала, прошел сквозь меня подобно пуле. – Все так хреново. Я не могу… Я не могу…

Мышцы моей груди напряглись. Наши демоны были похожи, и прямо сейчас ее демоны устраивали полный хаос.

На этот раз Дилан не могла бороться с ними в одиночку.

Обхватив руками, я притянул ее ближе.

– Все в порядке. Не надо, успокойся.

Я буду бороться вместо тебя.

Меня разбудил резкий раскат грома, и чьи-то сильные руки крепче обхватили меня.

Джейс.

Я бы узнала его прикосновение где угодно.

Словно теплое одеяло, обернутое вокруг тела в разгар снежной бури. Оно оберегало меня от опасности и согревало.

– Это просто гром, – прошептал он мне.

Повернувшись в постели, я посмотрела на него.

– Долго я спала?

– Три часа семнадцать минут.

– Вау, как… точно.

Кончиком большого пальца Джейс провел по моей челюсти.

– Как ты себя чувствуешь?