Однажды Лео упоминал, что у него дома есть пистолет, но сказал, что хранит его запертым в сейфе.
Надеюсь, я доберусь до него раньше, чем он успеет ввести код безопасности и забрать его.
Сделав глубокий вдох, открываю дверь кабинета. Он быстро разворачивается в кресле.
— Аспен, что… — его взгляд падает на нож, который я направляю на него, и он бледнеет. — Что случилось?
Что случилось? Он что, блядь, серьезно?
— Встань. Сейчас же.
Держа руки перед собой, он встает.
— Милая…
— Не смей, блядь, называть меня милой, сукин ты сын, — подношу нож к его горлу. — Ты убил моего отца.
Он качает головой: — Не знаю, где ты услышала эту чушь, но это не…
Зарычав, обнажаю зубы: — Перестань врать, придурок. Он был твоим лучшим другом, а ты убил его, — ненавижу, как срывается мой голос, когда продолжаю: — А потом ты трахнул его дочь и заставил ее поверить, что она тебе действительно небезразлична.
— Я забочусь о…
Вонзаю нож глубже, и он вздрагивает.
— Нет, не заботишься. Потому что мужчина, которому я небезразлична, никогда бы не…
Звук открывающейся двери застает нас обоих врасплох.
Лео шокировано приоткрывает рот, и мне требуется вся сила воли, чтобы не обернуться, но знаю, что, если сделаю это, он одержит верх.
Нервы скручиваются в желудке, потому что я понятия не имею, кто стоит у меня за спиной.
От щелчка взводимого курка я чуть не наложила в штаны.
— Бродяга, — голос Нокса окутывает меня как теплое одеяло во время снежной бури, — опусти этот чертов нож.
Ни за что на свете.
— Нет, — смотрю на испуганное лицо Лео, — он должен заплатить за то, что сделал.
И мне плевать, чем это обернется для меня.
Потому что он забрал единственного человека, который когда-либо любил меня.
— Аспен, — вздыхает Лео, словно умоляя выслушать его, — твой отец крал деньги у невинных людей. Он должен был…
— Он заплатит, — рычит Нокс позади меня. — У меня есть план, но, чтобы все получили по заслугам, тебе придется довериться мне и опустить нож.
Я действительно доверяю ему, но все же хочу услышать, есть ли у него козырь в рукаве, прежде чем соглашусь.
— Каков твой план?
Нокс встает так, чтобы я могла видеть его боковым зрением. Капюшон черной толстовки, в которой он был раньше, теперь натянут, отбрасывая тень на его лицо, когда он целится в Лео.
— Мне нужно связать Лео и привести его в дом.
Это бессмысленно.
— Зачем?
— Чтобы полиция нашла его в постели с твоей матерью.
Машинально смотрю на него: — Прости… что?
— Даже не думай об этом, хуесос, — рычит Нокс, и от смертоносного тона его голоса мурашки бегут по коже. — Только тронь ее, и твои чертовы мозги разлетятся по всему кабинету.
Лео быстро поднимает руки, сдаваясь.
— Почему ты хочешь, чтобы полиция нашла его в постели с мамой… — замолкаю, когда до меня доходит.
Он подстраивает все так, чтобы это выглядело как двойное убийство и самоубийство.
Выставляет все так, будто Лео трахается с моей мамой за спиной ее мужа.
Господи. Надо отдать ему должное… это… гениально.
Есть только одна проблема. На самом деле, две проблемы.
— Это значит, что мама должна умереть.
Челюсть Нокса сжимается: — Это единственный выход. Я не могу рисковать, она может проболтаться.
Хоть я и не считаю, что мама заслуживает смерти за то, что была бессердечной сукой, которая больше заботилась о деньгах и внешности, чем о собственном ребенке, Нокс прав.
Только так все пройдет гладко.
— А что насчет Лео?
Он хмурится: — Лео тоже будет мертв, Бродяга. В этом, блядь, и суть.
Сдерживаюсь, чтобы не закатить глаза.
— Я знаю, — новая вспышка гнева обжигает мою кровь, — но я хочу быть той, кто пристрелит его.
Губы Нокса кривятся в язвительной ухмылке, когда он смотрит на Лео.
— Все что угодно для моей девочки, — на мгновение он переводит взгляд на меня. — Ты умеешь пользоваться оружием?
Киваю. Мой отец держал пистолет в доме и хотел, чтобы я научилась им пользоваться из соображений безопасности.
— Хорошо, — он делает шаг в мою сторону. — А теперь давай поменяемся местами, чтобы я мог удержать его.
После этого целюсь прямо в голову Лео. Когда Нокс связывает его, адреналин разливается по моим конечностям, и требуется все самообладание, чтобы не застрелить его прямо сейчас.
Нокс стоит позади связанного Лео, у которого кляп во рту, и пинает его.
— Пошли, мудак.
— Подожди, — говорю я, когда мы вытаскиваем его из кабинета. — А как же его машина?
Она должна быть на нашей подъездной дорожке.