– Что? Это не та Саванна, которую я знаю. – И которую люблю, мысленно добавляю я.

– Наверное, в стране эмоджи я была бы очень уязвимой эмо.

– Или просто переписываешься с хорошими друзьями. Но чувствую, в нашей с тобой переписке та рожица, закатывающая глаза, будет часто появляться.

– Мы будем переписываться?

– Ну, я-то точно буду тебе писать и надеяться, что ответишь.

– Все будет зависеть от того, насколько мне будет весело.

– Я скачаю целую кучу мемов, как только выйдем из «ровера», – клянусь я.

– Но смотри не переборщи.

– Принято к сведению. – Я меняю тему. – Значит, ты остановила свой выбор на отделении киноискусства?

– Да, у них очень крутые программы и много практики. – Ее голос звенит от восторга.

– Мне не терпится увидеть тот материал, что ты снимаешь. На кого собираешься учиться: режиссера или продюсера? Если честно, я не совсем понимаю разницу.

Мы не особо разговаривали об этом, когда встречались в школе. То ли потому, что я не спрашивал, а может, оттого, что она сама никогда не начинала этот разговор. Мне стоило спросить ее. Теперь я это знаю. Но я был слишком погружен в собственные переживания и проблемы.

– Вообще-то, на режиссера монтажа. Это тот, кто режет кинопленку на части, а потом собирает в одно целое.

– Круто! – По сравнению с этим моя специальность кажется совсем скучной. – Что ты еще выбрала?

– Собираюсь взять пару занятий по литературе и искусству, чтобы развить свое умение красиво рассказать историю, но планирую как можно больше времени проводить в отделении киноискусства. Эдриан сказал, что чем больше я буду заниматься сама, вместо того чтобы читать об этом, и чем больше буду наблюдать за другими, тем лучше у меня будет получаться.

Мои руки с силой сжимают руль.

– Эдриан – это тот парень, с которым ты тогда разговаривала?

– Да. – В ее голосе слышится смех. – Тот, которого ты хотел ударить.

Я бросаю на нее быстрый взгляд.

– Ты знала?

Сав усмехается.

– Ты Ройал. Конечно же, первым делом тебе хочется ударить парня, который тебе не нравится.

– Эй, это про Рида! Я не такой.

– Да ну? Значит, это не ты выбил зуб Джону Дэвиду во время Зимнего бала?

Я прячу улыбку.

– Джон Дэвид упал на мою руку, и зуб сам вылетел.

– Ну, если тебе так легче, продолжай верить в это. Кстати, я даже не помню, почему ты так разозлился. Из-за мамы?

– Нет.

– Значит, не хочешь мне сказать?

Неделю назад и не сказал бы.

– Он всем говорил, что ты плохо целуешься.

– Вот козел! – ахает Саванна. – Я же даже никогда не целовалась с ним! С чего он… зачем… Мне кажется, ты мог бы ударить его и посильнее.

Я сжимаю и разжимаю кулак.

– Наверное. Значит, встретив его в следующий раз, я постараюсь ударить как следует.

– Я тоже хочу его ударить, – возмущенно говорит Сав.

Я смеюсь.

– Ну хорошо. Ради этого мы можем устроить специальную поездку в Бэйвью.

Она тоже смеется.

– Нет, он того не стоит. Бедный парень, должно быть, даже ни разу не целовался с девушкой!

Я останавливаюсь на светофоре и поворачиваюсь, чтобы как следует рассмотреть Сав. Солнечные лучи обрисовывают ее профиль. Я уже жалею, что отдал ей телефон: мне так хочется сфотографировать ее сейчас.

– Ты так чертовски красива, Сав.

Она поднимает голову и смотрит на меня широко распахнув глаза. Ее полные губы приоткрыты, как будто ее удивили мои слова.

Я бы, наверное, так и продолжал любоваться ею, если бы машина позади нас не стала сигналить. Светофор горит зеленым. Я нажимаю на педаль газа.

– Ты, кажется, удивилась.

– Но я была недостаточно красива… – Она умолкает.

– Чтобы удержать меня от измены? – заканчиваю я за нее.

Она грустно кивает.

– Дело было совсем не в твоей внешности, детка. Ты всегда оставалась для меня самой красивой девушкой в мире, с той самой секунды, как я впервые увидел тебя. Прости, что заставил тебя сомневаться в этом.

Как жаль, что мне сейчас приходится сосредоточиться на дороге и я не могу видеть выражение ее лица. Но, бросив на нее взгляд, с облегчением понимаю, что Сав не злится. Она выглядит задумчивой.

– Просто хочу забыть обо всем.

Сможем ли мы сделать это? Не уверен, но раз она этого хочет, то я только «за».

– Хорошо. Так что… пообедаем?

– Ты сейчас тренируешься? Тебе нужны миллионы калорий?

– Нет, сезон заканчивается вместе с национальными соревнованиями в марте, но… – я снова жалею, что приходится отвлекаться на дорогу, – в следующем году брошу плавание.

– Что? – изумленно спрашивает Саванна.

– Спорт в колледже как вторая работа, а папа хочет, чтобы я больше времени уделял своей специализации. Это… – я откашливаюсь, – из-за Стива.

– О, ух ты. Когда он это решил?

– Пару недель назад, – признаюсь я.

– А ты сам согласен на это? – Она умолкает. – Хотя семья всегда была для тебя на первом месте, верно?