― Я не понимаю, как мы вообще стали друзьями, ― простонала я и отмахнулась от Бастиана, когда он начал хихикать. Стоило швырнуть в него свой телефон. Он был странно доступен весь день, и теперь я знала почему. Спланировал, чертов вечер кино за моей спиной.

― Ну, я могу тебе напомнить. Мы с Бри стали подружками в колледже. Вы с Бри были школьными друзьями, несмотря на весь тот багаж, который у вас обоих есть. И вот, ты обнаружила, что любишь меня.

Я вздохнула.

― Вик, сегодняшний вечер, наверное, не самый лучший…

― Нам всем нужен вечер, чтобы расслабиться. Что может быть лучше, чем кино и друзья? Мы приедем. Мне нужно увидеть тебя. Бри нужно отдохнуть от ее маленького негодяя. И я думаю, что Ром…

― Он не может прийти! ― крикнула и, развернувшись, направилась к своей спальне. Мое сердце колотилось, пока я пыталась придумать оправдания, почему это плохая идея. ― Сейчас не лучшее время. У нас с Бастианом есть дела…

― Дела ― это хорошо.

― Слушай, увидимся на гала-концерте через несколько дней.

― На торжестве будет душно, и мы сможем пить только шампанское, хотя должны были бы пить водку. ― Я услышала, как ее муж что-то сказал на заднем плане, и она ответила ему. ― Ну, детка, конечно, я все равно буду пить все, что захочу.

― Вик, давай просто отменим встречу. Я не очень хорошо себя чувствую.

― Ой, да пойми ты, Кэти. Ты ни дня в жизни не болела. Если ты собираешься, все время изображать из себя крутую, возьми себя в руки и будь ею. Мы будем там в восемь. ― Она повесила трубку, как будто ее нисколько не пугала моя крутость.

Я знала почему. Это было потому, что я совсем не была пугающей. Наоборот, я была в панике.

Мне нужно было держаться подальше от Рома; мне нужно было держать эти отношения с Бастианом отдельно от моих друзей. Я не хотела предстать перед ними со своими чувствами в полном беспорядке.

Я ворвалась в коридор и схватила подушку, чтобы бросить в Бастиана.

― Какого черта, Кэти! ― заорал он, когда его фрукты разлетелись в разные стороны.

― Ты спланировал чертову вечеринку, не посоветовавшись со мной. ― Я вскинула руки вверх. ― Что случилось с тем, что я твой гость, и ты хочешь, чтобы я чувствовала себя комфортно?

― Я подумал, что, пригласив твоих друзей, ты будешь чувствовать себя комфортно.

― С какого хрена это должно заставить меня чувствовать себя комфортно? Я, по сути, остановилась здесь, чтобы провернуть чертову правительственную сделку и убедить моего бывшего подсунуть нам информацию о ней. А теперь мне придется притворяться, что это нечто большее.

― Это не так? Мы целовались несколько ночей назад. ― Он сел.

Я заикалась от его оценки.

― Мне жаль. Ты хочешь, чтобы это было чем-то большим?

Что-то изменилось в комнате. Веселье, которое мы обычно испытывали, отодвинулось, чтобы дать возможность задать вопрос.

― Я не уверен, Кэти. ― Он прищурил глаза и посмотрел на меня сверху вниз. ― Я наслаждаюсь тобой, это точно. Знаю, что другой мужчина тоже. Но он должен быть человеком, который отдаст за меня свою жизнь. Ром должен быть моим братом, женщина. Нам нужно найти баланс.

― Значит, ты бросаешь нас всех вместе.

― Что может быть лучше для того, чтобы понять, как мы все работаем, чем собрать нас в одной комнате?

― Это просто смешно, ― ответила я и отступила назад, когда Бастиан поднялся с дивана и подошел ко мне.

― Я никогда не видел, чтобы ты выглядела так неуютно. Все, кто приходят сюда, ― это все, кому ты небезразлична, ― заметил он.

Я глубоко вздохнула, понимая, что именно поэтому так волновалась. Мой отец заботился обо мне. Я была не против заботы один на один. И прекрасно справлялась с этим. То, что лучшая подруга из старшей школы оставалась рядом так долго, как сейчас, доказывало мою правоту. Мы с Бри прошли через многое вместе. Она не знала всей моей истории, но ей это и не нужно было.

Никто не знал.

А мне не нужно было больше одного человека, которому я была небезразлична, в одной комнате. Эта мысль заставила меня чесаться. Я проверила, чтобы убедиться, что у меня нет крапивницы.

― Не думаю, что это хорошая идея, ― пробормотала я.

― Если тебе станет легче, я не буду кусать это чувствительное место на твоей шее, когда Ром смотрит, ― с улыбкой поддразнил Бастиан, но в этом тоже был вопрос.

Не переступили ли мы черту, за которую не следовало заходить? Играем слишком близко к солнцу?

― Мне все равно, что ты будешь делать перед Ромом. ― Я насмехалась над этой идеей.

― Тебе не все равно. ― Бастиан ковырял воображаемый пух на моем плече. Мое тело не нагрелось от его прикосновения так, как это было с Ромом. Низкий звук, который вырвался из моего горла, когда я отодвинулась от него, был разочарованием.

Бастиан наклонил голову.