Я быстро смотрю на нее, удивленный ее словами. Мы не делимся личной информацией, потому что я не рассказываю о себе и потому что мне не интересно знать о ней. Может быть, мне стоит… Но потом я вспоминаю, что Селеста рассказала мне о том, что она не считала себя в безопасности и что я оказал на нее хорошее влияние. И моя грудь сжимается. Я убийца. Зло. Что они могут сделать, что может быть хуже этого?

— Селеста не позвонила бы ему отправить тебя обратно, — говорю я ей. Она бы боролась за то, чтобы она осталась здесь. Потому что, если бы дело дошло до этого, я бы заставил Селесту сделать так, чтобы это произошло. Как она сказала, я всегда получаю то, что хочу. И очень жаль для Остин, что в данный момент это она.

К тому же, у меня все еще есть несколько козырей в рукаве. Которые заставят ее отца сделать все, что я захочу. В том числе и отдать ее мне.

Она смотрит прямо перед собой и испускает длинный вздох.

— Я скажу Селесте, что ты приедешь, — говорит она и снова берет трубку.

Я смотрю вперед, пока везу ее домой, задаваясь вопросом, что с ней случилось, что она предпочитает остаться здесь с дьяволом, чем вернуться домой к маме и маминому парню. Какая-то часть меня хочет знать. Другая просто не хочет признавать это.

Потому что мне все равно.

Мне все равно.

***

ОСТИН

Следующий день был таким же, как и все остальные дни. Коул заехал за мной. Мы высадили Лилли, а потом пошли в школу. И снова он ничего мне не сказал, но поцеловал меня перед уроками и обязательно положил на меня руки. Я не оттолкнула его.

Его слова и взгляды такие холодные, но, когда он прикасается ко мне, он горяч как огонь. Это не имеет никакого смысла. И он начинает лезть мне в голову. Наши препирательства туда-сюда. То, как мне нравится, что он прикасается ко мне. То, как он ведет себя с Лилли. Он думает об этой маленькой девочке всегда. И каждый раз, когда я вижу, как он целует ее на прощание, когда мы провожаем ее в школу, у меня щемит в груди. Я хочу спросить, почему он делает для нее все, но не могу найти слов. И я знаю, что он проигнорирует меня. Коул хорош в этом, и это сводит меня с ума!

У меня было не так много парней. Я встречалась только с Мартином, и он был совсем не похож на Коула. Такой мрачный. Такой замкнутый. Что-то в нем заставляет меня гадать. Заставляет меня гадать, что с ним случилось, что сделало его таким в столь юном возрасте.

Коул протягивает руку и берет жареную картошку с моей тарелки, намазывая ее кетчупом, пока мы сидим в кафетерии.

— Сегодня у нас командное собрание, — говорит ему Дик.

— Я знаю. Я получил сообщение. — Коул кивает, глядя вниз на свой телефон.

— Эй, мы сегодня идем в кино. Вы, ребята, хотите пойти? — спрашивает Бекки, воруя картошку с моей тарелки. Такими темпами я ничего не получу.

— Не могу, — говорю я через полный рот чизбургера. — Мы ужинаем с моим отцом и мачехой.

Дик пытается притянуть ее к себе для поцелуя, но она отталкивает его. Шейн и Беннетт слишком заняты своими телефонами, но Киллан встает, бросает на Коула ненавидящий взгляд и уходит. Коул полностью игнорирует его.

— Знакомство с родителями, да? — Бекки улыбается. — Все становится серьезным.

Я подавилась чизбургером, а Дик фыркнул.

— Я знал ее отца задолго до того, как начал трахать ее, — категорично отвечает Коул. Бекки задыхается, а Дик хихикает, как будто то, что он сказал, на самом деле смешно. Я закатываю глаза.

Он может быть таким мудаком.

Когда мы выходим из столовой, я останавливаюсь возле его шкафчика.

— Что случилось между тобой и Килланом? — спрашиваю я.

Он смотрит на меня короткую секунду, а затем начинает копаться в своем шкафчике.

— Переходим на личности? Не думал, что мы это делаем.

Я фыркнула.

— Похоже, ты действительно переходишь на личности со мной.

Он закрывает свой шкафчик и закидывает руку мне на плечи, провожая меня в мой класс. Я замечаю людей, которые смотрят на нас, когда они проходят мимо, но я не обращаю на них внимания.

— Не о чем беспокоиться, — говорит он.

— Мне начинает казаться, что он представляет большую угрозу для моей жизни, чем Дик, — говорю я и нервно смеюсь. По крайней мере, теперь Бекки занимает все его внимание.

Он перестает идти и поворачивается ко мне лицом. Мы стоим посреди коридора, и он смотрит мне в лицо без всяких эмоций. Он поднимает правую руку и убирает прядь волос мне за ухо. Затем его пальцы опускаются ниже и проводят по моему засосу, который я прикрыла. И страх ползет по моему позвоночнику.

Он ничем не лучше остальных. Из всех пятерых он единственный, кто причинил мне больше всего вреда.

Я делаю шаг назад от него, и его рука опускается на бок, когда его голубые глаза встречаются с моими.