— Трахни меня, — приказываю я. — Сядь своей тугой пиздой на мой член и трахни его. Отключись, Элли. Я хочу посмотреть, как ты кончишь.

Как я и предполагал, она отказывается от своей предыдущей просьбы в пользу моей, и пристраивается к моему твердому члену.

Я выгибаю шею, и с шипением выдыхаю. Никогда еще женщина не была сверху. Ее бедра начинают двигаться вперед-назад, ее руки лежат на моей груди. Она нежна. Медленно и размеренно, но ощущения потрясающие.

Я открываю глаза и поднимаю руки, чтобы обхватить ее шею и сжать. Ее нежные руки сжимают мои предплечья, но бедра не останавливаются. Она трахает меня так, будто от этого зависит ее жизнь.

Так и есть.

— Вот так, Элли. Я чувствую, что твоя киска становится все более влажной. Давай, маленький демон. Будь моей хорошей шлюхой и кончи для меня.

Она сглатывает, и ее пизда сжимается на моем члене, а пальцы ослабляют хватку на моих предплечьях, руки падают вдоль тела. Она кончает, откидывая голову назад.

Я перекатываюсь налево, переворачиваю ее на спину и отпускаю ее шею.

Она бьется в конвульсиях, кашляет, тяжело дыша. Ее лицо мокрое от слез, а мой член покрыт ее влагой.

Я наклоняюсь, облизываю ее приоткрытые губы, пробуя на вкус остатки шампанского и слез. Это восхитительное сочетание.

— Вот каково это — любить тебя, Эллингтон Джейд Ашер. Это, черт возьми, поглощающе. Удушающе, — я просовываю руку под ее голову, беру ее за волосы и откидываю их назад, открывая доступ к ее шее.

Я провожу языком по ее бешеному пульсу до линии подбородка. И наклоняюсь к ее уху.

— Я никогда не буду тебе врать, маленький демон. Я выпорю эту задницу до крови. Я буду трахать этот милый ротик и буду брать эту пизду, когда захочу. Но всегда помни, Элли, что я люблю тебя. И ни один мужчина на этой земле никогда и близко не приблизится к тому, что я чувствую к тебе. А если он подумает, что это так, я вырву его гребаное сердце.

Одна только мысль о том, что другой мужчина любит ее, заставляет меня обезуметь от ярости. Никто не может быть так необходим ей, как я.

— Ты понимаешь меня, маленький демон?

— Д-да, — отвечает Элли, затаив дыхание.

— Это моя хорошая девочка.

СИН

Я вхожу в дом Лордов и попадаю на кухню. Я оставил Элли в отключке в своей постели в доме родителей, потому что час назад у меня была встреча. Решил забежать сюда, чтобы захватить кое-какие вещи из своей комнаты на обратном пути к ней.

— Син, где, черт возьми, ты был, чувак? — спрашивает Ганнер, хлопнув меня по спине.

— Занят, — уклончиво отвечаю я.

Несколько парней сидят вокруг большого кухонного стола. Один из них — Мэтт. Он опустил голову и переписывается по мобильному, но синяки и опухший глаз невозможно не заметить. Они совсем свежие.

— Мэтт, ты дерьмово выглядишь, — замечает его Чейз и смеется. — Подрался?

— Заткнись на хрен, — рычит он, встает со стула и уходит.

Джимми плюхается рядом с Прикетом и улыбается.

— Слышал, Раят его поимел, пока они были на задании.

Прикетт игнорирует его. Я не знаю, что происходит между всеми парнями в этом доме. Я редко бываю здесь с тех пор, как они провели церемонию клятвы. Но последние три года я видел это каждый год. Как только парни получают своих избранных, между Лордами начинается хаос. Мужчины дерутся из-за кисок, которых хотят и не могут получить.

До окончания университета у каждого Лорда, который учится в Баррингтоне, здесь есть комната, но мы не обязаны находиться тут каждую ночь. Мы можем приходить и уходить, когда захотим. Особенно это касается старшекурсников. Как только Лорды забирают избранных, они почти никогда здесь не бывают. Слишком заняты тем, что трахают все, что только можно.

— Не понимаю, почему вы, ребята, ссоритесь из-за избранных, — качает головой Ченс. — В них нет ничего особенного.

— Они такие же, как все остальные. Некоторые из них получше других, — соглашается Ганнер, откусывая от своего сэндвича. — Моя стоит того, — он лукаво улыбается с полным ртом.

Я бы убил человека, если бы мог взять Элли в качестве своей избранной. Без вопросов.

— Да, ну… — откидывается на спинку стула Ченс. — Моя — отстой.

— В хорошем смысле, верно? — шевелит бровями Чейз.

— Нет. Она чертовски отстойная. Она только и делает, что плачет. Все время, блядь, плачет. То есть, мне нравится использовать женщин, но я хочу такую, которая действительно получает удовольствие от секса.

Прикетт встает со своего места.

— Зря ты выбрал девственницу, чувак.

Ченс фыркает.

— Это был не мой выбор. Ее семья в долгу перед моей. Она — плата, — он закатывает глаза. — Мне приходится гоняться за шлюхами, просто чтобы кончить.