Я просто повесила трубку.

— Что, блядь, ты делаешь?

Мои глаза распахнулись, и я подпрыгнула при звуке его голоса.

— Лука…

— С каких это пор ты, на хрен, начала курить? — требовательно спрашивает он, прищурив голубые глаза на сигарету, зажатую в моих пальцах.

Я подношу её к губам.

— Я делаю много такого, о чём ты не знаешь.

Он выхватывает сигарету у меня из рук и кладет на перила.

— Эй.

Лука хватает меня за плечо и тянет с балкона через открытую дверь в свою спальню. Мой взгляд падает на массивную кровать, стоящую у стены, застеленную белым одеялом и бордовой простыней. И я думаю о том, сколько женщин у него здесь было, и я ненавижу это. Я ненавижу то, что он заставляет меня ревновать, и то, что он вообще привел меня сюда.

— Отпусти меня, — пытаюсь высвободить свою руку из его хватки, но он только крепче сжимает меня.

Он подходит к двери, рывком открывает её и вталкивает меня внутрь. Я поворачиваюсь к нему лицом как раз в тот момент, когда он захлопывает её перед носом Найта.

Сжимая руки в кулаки, я оборачиваюсь и вижу, что мы в гардеробной. Он проходит мимо меня, проходя по короткому и узкому коридорчику, затем поворачивает налево и исчезает. Потирая плечо, я следую за ним. Я всегда мечтала, чтобы мои вещи были здесь, в его доме, а теперь я хочу сжечь свое барахло, чтобы его не пришлось складывать. Мы поворачиваем, и этот ведет в большую комнату. Левая сторона от пола до потолка заставлена белыми полками. Передо мной — шкафчики разного размера с вешалками для одежды разных размеров. Все выглядит так же, но по-другому.

Посередине стоит серебряный комод со стеклянной столешницей. Проводя по нему руками, я пачкаю стекло пальцами. Однажды мы занимались на нем сексом. В нем три больших выдвижных ящика. Обойдя с другой стороны, я открываю верхний ящик. Он длинный, но не очень глубокий. Внутри все обтянуто черным бархатом, и по выемкам я понимаю, что оно предназначено для украшений. Я замираю, заметив изумруд Harry Winston в три карата в платиновой оправе в пятом ряду. Оно выглядит неуместно.

У меня мгновенно пересыхает во рту, и я делаю шаг назад, медленно качая головой. Лука протягивает руку, хватает кольцо и поворачивается ко мне лицом. Слёзы застилают мне глаза, когда он хватает меня за левую руку. Мне хочется ударить его. Подраться с ним. Я хочу сказать ему, что это некрасиво и чересчур, но на самом деле это всё, чего я когда-либо хотела.

Он надевает его мне на палец, и слеза скатывается по моему лицу. Оно, конечно, идеально сидит. Он проводит по нему пальцем, прежде чем отпустить мою руку. Она падает на мой бок, и тяжесть кольца тянет мою руку вниз.

Я разворачиваюсь, чтобы убежать, но что-то ещё останавливает меня. Мой желудок сжимается, когда я вижу черный чехол для одежды, висящий на вешалке. Я делаю шаг назад, но ударяюсь задницей о комод.

— Это…? — сглатываю комок в горле.

Это напоминание о том, что это такое на самом деле.

Контракт.

Это не любовь.

Кольцо. Платье. Всего этого слишком много. Слишком быстро. Должен быть способ остановить это.

Он подходит ко мне и кладет руки по обе стороны от моих бедер. Я напрягаюсь.

— Успокойся, Хейвен, — тихо приказывает он. — Я слышу, как колотится твое сердце в груди.

Я чувствую, что оно вот-вот взорвется.

— Это твое платье для сегодняшнего объявления о нашей помолвке.

Это мне не помогает. То, что это не свадебное платье, не значит, что оно не такое угрожающее.

Он проводит костяшками пальцев по моему лицу, размазывая слезинку по шее. Он останавливается, и я поднимаю на него взгляд.

— Мы можем… ты можешь отменить это, — я запинаюсь на своих словах. — Никогда не бывает слишком поздно.

Он выгибает бровь.

Мое сердце бешено колотится, когда я провожу большим пальцем по платиновому ободку обручального кольца.

— Они не могут управлять нашей жизнью. Я знаю…

— Они? — он перебивает меня.

Нервно сглотнув, я добавляю:

— Наши отцы.

Он одаривает меня улыбкой, от которой волосы у меня на затылке встают дыбом. Он раскрывает ладонь и запускает её в мои волосы, запрокидывая мою голову назад. Я задерживаю дыхание, когда он наклоняется и шепчет мне на ухо:

— Это все моих рук дело, Хейвен. Не сомневайся в этом. Я хотел тебя, и теперь ты у меня есть. Сегодня, завтра, навсегда.

Он нежно целует меня в лоб. Когда он отстраняется, я чувствую, как скатывается ещё одна слеза. Его темные глаза смотрят на это без всякого сожаления.

— Иди в душ. От тебя пахнет сигаретным дымом. И миссис Браун будет здесь через час, чтобы помочь тебе собраться, — с этими словами он выходит из гардеробной.

Звук закрывающейся за мной двери заставляет меня упасть на колени.