Я следую за ними через дверь, и мои брови взлетают вверх по лбу. Я вошел в мечту холостяка.

Комната гигантская и полностью открытая, потолок возвышается по крайней мере на сто футов.

Все пространство выдержано в коричневых и черных тонах и состоит всего из четырех стен. Лестница в правом углу ведет на балкон, который полностью огибает здание, где расположены десятки дверей и черный лифт на задней левой стороне. На четырех верхних этажах есть свои собственные парящие балконы, и я задаюсь вопросом, на кой хуй им нужно все это пространство?

Подумаешь, мне все равно.

О, а вот это меня может волновать. Прямо по курсу массивное хранилище, дверь выкрашенная в черный цвет. Мое любопытство разгорается, интересно, что за ней.

Я присвистываю, впечатленный и, возможно, даже немного завидуя их нарядам.

«За человеческие органы хорошо платят, не так ли?» размышляю я.

«Заткнись», — прорычит Кейс, направляясь к одному из черных кожаных диванов. на котором непринужденно расположился без рубашки Дайр, широко расставив колени.

Я оборачиваюсь, когда вижу цепь, намотанную вокруг его руки, ведущую прямо к ошейнику, застегнутому на горле девушки, которая сейчас стоит на коленях у его ног. Только черная лента прикрывает ее сиськи, остальное тело полностью обнажено. Ее голова склонена, а руки аккуратно лежат на бледных бедрах. A занавес из черных волос закрывает ее лицо, и я не могу сказать, намеренно это или нет.

Думаю, Адди скорее оторвет мне яйца, чем встанет на колени у моих ног. К счастью для нее, я с радостью встану на колени у ее ног. И поцелую ее маленькие пальчики, пока буду это делать, тоже. В конце концов, мой рот окажется у нее между ног, но я не думаю. что она будет против этого.

Дейр ухмыляется, пирсинг над его бровью сверкает от потрескивающего пламени в камине рядом с ним. Он не выглядит ни капельки обеспокоенным мое присутствие, хотя это не отменяет искру вызова в его глазах.

Слейд сидит на противоположной стороне, его темная светлая голова поворачивается, чтобы посмотреть на меня поверх дивана.

Какая враждебность.

«Я согласился помочь ему», — объявляет Райкер, занимая место рядом с Дайром.

Он даже не смотрит на девушку, и я полагаю, что он уже привык к сексуальным привычкам Дайра.

«Да? Что он делает для нас?» — спрашивает Слейд, его вопрос адресован его брату, но его темные глаза остаются прикованы ко мне.

«О», — говорю я, поднимая палец, чтобы они держались. Я кручусь вокруг, пока не нахожу лист бумаги и ручку на тумбочке, пишу на нем буквы I, O, U, и протягиваю ему.

Он с недоумением смотрит на бумагу и снова обращает свой взгляд на меня.

«Во-первых, не пиши на чужом дерьме. Во-вторых, ты, блядь, шутишь надо мной, да? Ты нам не нужен».

Я ухмыляюсь. Он нервничает, что я могу найти крем от геморроя на его чеках, тоже? Он должен знать, что мне не нужна бумажка, чтобы рассказать, на что Слейд тратит свои деньги.

«Вы можете вести себя так, будто мои навыки не принесут пользы бизнесу, который вы четверо но так вы далеко не уедете».

Он комкает бумагу и бросает ее в огонь, и я не могу не хихикаю в ответ. Их отношение меня не беспокоит — это ожидаемо, когда незнакомец врывается в их жизнь с требованиями.

Но они, черт возьми, помогут мне, хотят они этого или нет.

«Вы должны сообщить мне источник этих слухов», — вклинился Райкер.

«Последнее, чего мы хотим, это чтобы слухи распространялись».

«Я укажу тебе форумы, на которых они размещены. Ты сможешь разобраться с этим, да?»

Райкер кивает.

— Они опасны.

— Потому что они правдивы, — заканчиваю я, уже понимая, какие последствия это может иметь. У них есть процесс, и он построен на их репутации.

— Вы ему доверяете? — спросил Слейд, подняв бровь.

Райкер пожимает плечами, не обращая внимания.

— Он один, а нас четверо.

Моя верхняя губа натягивается на зубы, так же беззаботно. Я устраиваюсь на диване рядом со Слейдом, заслужив взгляд, который я послушно игнорирую. Не трудно, когда это похоже на чихуахуа которая рычит на тебя.

«Итак, если вы не плохие парни, как, черт возьми, вы занимаетесь торговлей органами… вежливо?»

«Мы занимаемся процессом извлечения органов перед их продажей. Если они уже умерли, мы покупаем тело по завышенной цене, извлекаем ценные органы и выбрасываем остальное. Затем продаем органы на рынке. Если они живы, мы отправляем их домой».

Он делает паузу, ожидая реакции, которую он не собирается получать. Я молчу, и после очередной паузы он продолжает.

«Дайре лучше всех понимает торговую систему. Находит товар и следит за тем, что происходит на рынке, а что нет», — сообщает мне Райкер… Странно, но меня это удивляет. Дайре подмигивает мне.