Полицейская машина быстро следует ее примеру, чуть не врезавшись в полосу встречного движения и едва не задев внедорожник.

— Он уже отстой, — комментирует Сибби, полностью отвернувшись, наблюдая за нашим преследователем из заднего окна.

— Я тоже попал в автомобильную погоню, ты знаешь это?

— Да, — отвечаю я, стиснув зубы, когда поворачиваю слишком быстро. Мой Мустанг наклоняется набок, прежде чем снова опуститься на четвереньки, отчего Адди задыхается и вонзает ногти в мое кожаное сиденье, а затем из ее горла вырывается тихий всхлип.

Это… это на самом деле Ад. Если бы мы были одни, я бы вел машину одной рукой, а другой протягивал руку и заботился о ней. Мне все равно хочется это сделать, но я знаю, что Адди не оценит того, что маленький убийца демонов сзади будет свидетелем этого.

Я выпрямляю машину и снова поворачиваю в переулок. Скоро весь город будет наводнен полицейскими машинами с моей маркой, моделью и номерным знаком, транслируемым по радио.

У меня очень мало времени, чтобы не только потерять их, но и вернуться к Адди до того, как меня снова заметят.

«Все прошло не очень хорошо», — делится Сибби, не обращая внимания на нашу текущую ситуацию.

— Мой тоже, — выдавливает Адди.

— Со мной ты в безопасности, мышонок, — говорю я, и мое внимание привлекает полицейская машина, несущаяся к нам по переулку.

Моя кровь тонет в адреналине, но мои мышцы вялы и расслаблены, когда я пробираюсь сквозь пробки и делаю неожиданные повороты. Через несколько минут несколько офицеров приближаются ко мне со всех сторон.

Я зову Джея несколько раз, но он не отвечает.

Когда я уже собирался вести копов прямо к его дому, он включил динамик. «Я иду посрать на пять минут, а когда я возвращаюсь, ты уже в погоне», — раздраженно говорит он.

«Мужчина столкнул Сибби на выходе и узнал ее. Вызвали полицию, и вот мы здесь».

Я слышу поток сирен во всех направлениях, и моя кожа стонет под ногтями Адди, ее грудь тяжело вздымается. Ее глаза расширены от страха и пульсируют во всех направлениях.

«Теперь вас выслеживает дрон», — говорит он. «Я скажу тебе, куда повернуть».

Она снова ерзает, потирая бедра друг о друга и издавая хрипловатые звуки.

Проклятье.

— Адди, детка, — говорю я, глядя в ее сторону.

«Ага?» — хрипит она, ее широко распахнутые глаза устремлены на дорогу.

— Мне нужно, чтобы ты перестал меня отвлекать.

Ее рот приоткрывается, и она встречает мой мерцающий взгляд, половина моего внимания на дороге, другая половина на моей девушке.

«Я ничего не делаю», — настаивает она, но ее раскрасневшиеся щеки и жесткая соски говорят об обратном.

Сибби просовывает голову между сиденьями, мотая головой туда-сюда между нами.

«Моим приспешникам здесь и так неуютно», — говорит она, злобно глядя на нас. «Если вы собираетесь делать грязные вещи, убедитесь, что мы все можем присоединиться».

Адди закрывает красное лицо. «О, Боже мой, Сибби. Во-первых, мы ничего не делаем. Во-вторых, даже если бы мы это делали, ты бы к нам не присоединилась».

Сибби кажется оскорбленной этой новостью, когда я делаю еще один крутой поворот. Джей говорит мне повернуть налево секундой позже, и машина снова отлетает в сторону.

«Ну, это не очень приятно», — замечает Сибби.

«Сибби, не всем нравится групповой секс, как тебе», — откусываю я, неверие в то, что мы даже разговариваем об этом прямо сейчас.

Ее голова поворачивается ко мне, ее карие глаза широко раскрыты. «Правда? Почему? Это так весело!»

Адди качает головой. «Может быть, для тебя. У Зейда уже есть длинный список голов, которым нужно содрать голову за то, что они увидели меня голой».

— Чертовски верно, — рассеянно соглашаюсь я, слушая еще одно указание Джея.

Сирены начинают затихать по мере того, как я отдаляюсь от нас все больше и больше.

Пока один из них не выскочил из переулка и чуть не врезался в заднюю часть моего Мустанга.

Я рычу: «Джей. Предупреждение в следующий раз?»

«Черт, извини, мой брат зашел спросить, могу ли я заказать пиццу».

Господи, блять, Христос.

«Заде, тебе действительно стоит подумать о том, чтобы позволить Адди исследовать».

— Эй, истребитель демонов? подсказываю. — Мне нужно, чтобы ты сейчас замолчал.

Она фыркает, но в конце концов снова садится на свое место. Я все еще слышу ее шепот: «Он такой одержимый придурок. Я рад, что вам, ребята, нравится делиться мной».

Адди приглушает улыбку, кусая губу, отвлекая меня почти настолько, чтобы лететь в канаву. Вот и все. Я делаю это дерьмо один с этого момента.

Рядом со мной моя корчащаяся подружка, а на заднем сиденье — рогатый пес, который испытывает мое терпение. Богом клянусь, если она тронется с Адди, я надеру ей задницу.