Он пожимает плечами и отворачивается, а я опускаюсь на скамейку. скамейку. Он может думать, что это потому, что я боюсь, но на самом деле я в двух секундах от того, чтобы преждевременно оборвать его жизнь.

Пока мы ждем, я пытаюсь успокоиться, сдерживая кипящий гнев.

Это длится целых десять минут, прежде чем меня бросают во второйьраз за сегодня.

Что-то тяжелое врезается в фургон сзади, посылая Патрика и меня со скамейки и в стену, отделяющую переднюю часть от задней части.

Джея отбрасывает в сторону, но ремень безопасности держит счастливого сукина сына на якоре.

Я стону, боль вспыхивает в нескольких частях моего тела, когда я переворачиваюсь на спину и пытаюсь дышать. Я уже даже не могу сказать, какие части тела болят — блядь… все болит.

Клэр кричит с переднего сиденья, выплевывая требования к водителю взять машину под контроль. Фургон продолжает вилять из стороны в сторону, водитель не в состоянии восстановить контроль.

Еще один удар, и фургон откидывается в сторону и врезается во что-то твердое. Патрик сталкивается со мной, красочные слова вылетают из моего рта, пока мы скользим к Джею. Моя спина врезается в стену, когда мы останавливаемся. бегемот прижался ко мне. В ушах звенит от удара, а глазам требуется несколько секунд, чтобы сфокусировать взгляд. Патрик, может, и непропорционально велик. но он все равно чертовски тяжелый.

«Джей, скажи мне, что это тот, о ком я думаю», — прохрипел я, пользуясь хаосом. и обхватываю шею Патрика стальной хваткой. Его руки летят к моей руке, царапая меня, пока я постепенно сдавливаю его дыхательное горло. Он борется, и я сжимаю челюсти, пытаясь удержать его на месте.

Я слаб, испытываю непреодолимую боль, и мои мышцы ослабевают.

«Конечно», — выдыхает он, пот льется по его бледному лицу.

«Хорошо», — бормочу я, прежде чем схватить голову Патрика и отбросить ее в сторону сломав ему шею и мгновенно убив его. «Это для моей бабушки, член».

«Братан, ни один из твоих дедушек и бабушек еще жив».

Клэр кричит спереди, чтобы я продолжал ехать, но двигатель заглох.

Я отпихиваю от себя мертвое тело Патрика и встаю, пот покрывает мою кожа. Я в двух секундах от того, чтобы потерять сознание. Мое тело начинает отключаться от физической травмы, но я не могу позволить ему это сделать пока что.

Джей быстро отстегивается и встает. «Пойдем, они ждут нас», — призывает он, заметив, в каком напряженном состоянии я нахожусь.

«Мне нужно позаботиться о Клэр», — говорю я, но эта мысль отпадает, как только мы ткрыли двери фургона. Другие машины уже остановились на обочине дороги. выходят из своих машин, чтобы проверить нас.

Черт.

Я не могу убить женщину на глазах у гражданских, как бы ни был велик мой соблазн.

Как раз когда мы с Джеем выползаем наружу, Клэр появляется со стороны пассажира с диким выражением лица.

«Не смей», — шипит она сквозь зубы. Красная помада окрасила их, придавая ей дикий вид.

«Или что?»

Когда она не отвечает, я подмигиваю ей, просто чтобы заставить ее задницу сжимается от злости, и направляюсь к огромному фургону военного класса, ожидающему меня.

«Эй, парень, ты в порядке?» — спрашивает прохожий.

«Да, все хорошо. Спасибо, что остановились», — говорю я через плечо. Яркие фары его машины подчеркивают недоверчивое выражение его лица, когда он смотрит, как я забираюсь в открытые двери.

Лицо Майкла встречает меня, и я почти вздыхаю от облегчения. Если он жив, значит и девочка, которую мы спасли от ритуала, тоже.

Он наклоняется вперед и помогает мне войти, полагая, что заметил муки, написанные на моем лице. Я чувствую, как затягиваются мои шрамы, теперь неспособные скрыть страдания. Мой покер-фейс треснул.

Я готов позволить Иисусу сесть за руль. В ту же секунду я опускаюсь на скамейку, Майкл стучит по стене, и мы взлетаем.

«Нам нужно отвезти его в больницу», — говорит Джей, с беспокойством глядя на меня.

«Взорвалась бомба, и Зейд был в пределах досягаемости взрыва».

«Какого хрена они взорвали бомбу?» спрашивает Майкл.

«Я думаю, это была одна из бомб самоуничтожения, вживленная специально. чтобы уничтожить все улики и всех, кто находится внутри. Их обычно устанавливают в местах с сверхсекретной информацией на случай проникновения или компрометации».

Я ворчу. «Мы должны проверить, кто пострадал от взрыва и убедиться, что никто из наших не погиб».

Джей кивает, и я переключаю свое внимание на Майкла. «Ты благополучно вытащил девушку?»

«Да», — подтверждает он. «С Руби и на пути к лечению».

Я киваю, часть давления спадает с моих плеч, но не почти достаточно. Как будто Эмпайр Стейт Билдинг покоится на них, и только пенни упал.

У них все еще есть Адди, и ярость постоянно бурлит подтна поверхности. Я сожгу весь гребаный мир дотла, пока не найду ее и мне плевать, кто сгорит.