Парень задумывается на пару секунд, затем выдаёт:

– Я не прочь с ними поговорить. Это займёт меньше пяти минут.

Я останавливаюсь на полпути к фонтану и хмурюсь, повернувшись к Гаю:

– Ты с ума сошёл? Хочешь в тюрьму?

– Почему же сразу в тюрьму? Я ведь ничего не сделал. Зачем им меня арестовывать?

– Ты кое-чего не понимаешь. Я видела эти хищные глаза Харди. И я его очень хорошо знаю. Он всерьёз намерен взяться за тебя, даже если ты не имеешь к этому никакого отношения.

И вот, кажется, я вижу, как уголки губ Гая слегка приподнимаются, а в глазах показывается лёгкое удивление.

– Ты так упорно защищаешь меня, – наконец говорит он. – Зачем?

Я поднимаю голову и ненароком снова думаю о том, насколько же он выше меня.

Он привлекательно высок.

– Ну… – начинаю я, но вмиг замолкаю, услышав голос отца.

Словно получив резкий разряд током, который заполнил меня лишней энергией, я хватаю Гая за руку и тяну в противоположную сторону от фонтана, стараясь отбежать от папы на приличное расстояние. Пока иду, оборачиваюсь назад и убеждаюсь в том, что он меня ещё не увидел и продолжает беседу с очередным своим коллегой, приглашённым на свадьбу. А ещё я вижу, как они приближаются к нам. Я протискиваюсь в ближайшие декоративные кусты вместе с Гаем. Папа проходит рядом, не заметив нас под слоем веток с листьями и цветами.

Мы стоим, окружённые приятным ароматом свежести и природы, ещё несколько секунд, пока я наконец впервые за долгое время не выдыхаю. Только сейчас понимаю, что стою слишком близко к Гаю. Наши лица разделяют лишь несколько дюймов, и от этого становится невероятно душно.

– Тебе не кажется, что я выгляжу сейчас любовником, скрывающимся от неожиданно приехавшего мужа? – шепчет парень, наклонившись к моему уху.

Его горячее дыхание касается моей шеи, и по коже пробегает тысяча мурашек, вызывая приятное чувство во всём теле. Я сглатываю, но надеюсь, он этого не заметил. Спешу выйти из укрытия, чувствуя максимальную неловкость.

– Прости, – говорю я. – Просто испугалась папы.

– Красивая девушка только что затащила меня в кусты… Здесь нечего извиняться.

От его слов я смущаюсь ещё больше, мечтая провалиться сквозь землю, однако заставляю себя улыбнуться его шутке. А внутри каждая клеточка в панике.

– Наконец-то я тебя нашёл, сестрёнка!

Из ниоткуда вдруг появляется Дилан. Весь такой красивый, в белом смокинге с бабочкой и с радостной улыбкой на губах подходит к нам.

– Ты так изумительно выглядишь, Лина! – рассмотрев мой внешний вид, проговаривает брат. – Папа тебя уже видел? Наверняка он сказал что-то вроде своего излюбленного: «Моя маленькая принцесса». Я же прав?

– Ох, Дилан! – Я обнимаю брата крепче, чем положено. – Спасибо!

Гай делает шаг вперёд, привлекая наше внимание. Его лицо снова непроницаемо, зелёные глаза горят в темноте двора. Я в очередной раз думаю о том, какие же у него необыкновенные глаза. Такие удивительно яркие.

– Я, пожалуй, покину вас, – говорит он. – Дам время сестре с братом обсудить это важное событие.

Гай смотрит на меня и тянет руку к моим волосам. Я замираю на месте, когда он, как оказывается, всего лишь оттряхивает с моей головы листья, застрявшие в волосах, ведь всего несколько секунд назад я стояла в кустах.

И от чего у меня сердце так взбунтовалось?

«Наверное, просто потому что красивые люди всегда производят такой эффект», – говорит мне внутренний голос в ту же минуту. Красивые люди всегда имеют огромное преимущество.

По крайней мере, именно так я решаю оправдать свою реакцию. И вижу Дилана, глядящего на меня с хитрецой.

– Да, пока, братец, – хлопает он по плечу Гая, когда тот уже идёт в другую сторону. – Не пропадай только.

А мне хочется разобраться в том, что же только что произошло где-то глубоко внутри меня. И к добру ли это?

– Так он просто твой друг? – интересуется брат, прищурив глаза, буквально через секунду после того, как Гай исчезает в толпе.

Его намёки ясны мне, но я умудряюсь не закатить глаза, как поступила бы в подобной ситуации в обычное время. Вместо этого поворачиваюсь к нему с непринуждённой улыбкой и коротко отвечаю:

– Да. А что?

– Когда он оттряхивал ту фигню с твоей головы, ты стояла так, будто вот-вот упадёшь в обморок.

Тон Дилана как раз такой, какой бывает у старших братьев, только узнавших об ухажёре своей младшенькой сестрички. Немного строгий, но слегка насмешливый.

– Ты ничего не хочешь мне сказать, Лина? – спрашивает он. – У вас что…

– Ты сказал, что искал меня. Зачем?

К счастью, мой план свернуть разговор в иное русло сходит мне с рук: брат наконец принимает своё обычное состояние и почти забывает о Гае и моём предобморочном состоянии.

– Я хотел познакомить тебя с Франческой.