Сирро фыркает, а потом резко отпускает мой плащ, когда из класса вдруг выходит аркант Аргайл. Однако он не обращает на нас никакого внимания и уходит в противоположном направлении, сжимая в руке свой толстенный учебник. Я успеваю увидеть лишь его блеснувшую золотистыми узорами мантию, исчезнувшую за углом.

Сирро снова поворачивает голову в мою сторону, губы расплываются в жестокой ухмылке, словно их обладатель собирается причинить мне много боли. Разумеется, так и есть.

– Может быть, тебя отвезти к Костяному Острову и лично поглазеть на то, как сирд будет разрывать тебя на части, а? – говорит он, обнажая свои зубы.

– Если хватит твоей храбрости, то вполне могу и согласиться на такое интересное приключение, – язвлю я в ответ, сохраняя совершенное спокойствие.

– Я же просто уничтожу тебя, – шипит Сирро, и его бездонные глаза цвета смолы блеснули при свете луны, чьё свечение просовывается между деревянными балками, держащими второй этаж Школы над нашими головами.

– Попробуй, – говорю я в ответ.

А потом рука его поднимается в воздух, явно готовящаяся для удара. Однако там же и замирает, когда за спиной его появляется тёмная фигура, лица которого не видно из-за накинутого на голову капюшона. Но не просто своим появлением фигура этого добилась, а своим чётко прозвучавшим громко голосом, проскандировавшего:

– Сирро.

Парень опускает свою руку, убирает сжавшуюся ладонь с моего плаща и отодвигается от меня, когда появившийся Керан за его спиной начинает наоборот приближаться к нам.

– Разве Орден Когтей не предупреждал о том, что не потерпит угроз расправы над своими учениками? – спрашивает он, наконец снимая капюшон.

Моему взору наконец предоставляется возможность снова полюбоваться им. Его острыми скулами, губами, имеющими лёгкую вогнутость посередине, яркими янтарными глазами, а затем и чёрными волосами с белыми полосами на чёлке.

– Ты угрожал Нуре сирдом, – чётко добавляет он, как бы акцентируя внимание на имени чудовища.

Только сейчас понимаю, насколько серьёзна может быть такая угроза.

Сирро пока не говорит ни слова, равно как и его дружки, опустившие стыдливо взоры. Им всем по пятнадцать и шестнадцать, Керан ненамного старше их, однако пользуется большой привилегией – его все уважают и побаиваются почти в той же степени, как боятся и его отца, Брикарда, как и Старейшин, как и Аргайла.

– Я поговорю с аркантами, чтобы поднять вопрос о твоём исключении и аннулировании твоей возможности вступать в ряды Охотников когда-либо, – выдаёт по итогу Керан, и только после этого Сирро вдруг приходит в себя и возвращает способность говорить:

– Вы не можете этого делать!

– Ещё как могу, – спокойно отвечает Керан. – Ты угрожал одной из будущих Охотниц тем, что отдашь её на растерзание нашим врагам – тем, против кого мы боремся все эти столетия. Ты поступил омерзительно и опорочил имя Ордена Когтей. И ты должен понести за это наказание.

Сказав это, он движется ко мне, кладёт руку мне на спину и начинает вести к выходу. Сирро остаётся за нашими спинами вместе с остальными мальчишками, однако тут же раздаётся его жалобный голос:

– Я ведь говорил не всерьёз! Я просто…

Керан останавливается и оборачивается.

– Это не имеет никакого значения, раз ты позволил своему языку произнести подобные слова. Значит и на действия ты вполне способен.

Далее он игнорирует мольбы Сирро о помиловании и снисхождении и просто ведёт меня дальше. Мы выходим в главный двор Школы Первого Охотника, где горят факелы – ненужные жителям деревни как освещение территории, но крайне необходимые для защиты.

– Спасибо, но я бы и сама справилась, – говорю я с улыбкой.

– В этом я не сомневаюсь, прелесть. Я просто решил пожалеть его.

Мы обходим деревянные ары, ведущие в соседние залы и классы, и идём к заднему двору Школы, по пути встречая разве что нескольких учениц, провожающих Керана взглядом, а затем перекидывающихся между собой шёпотом, который явно состоит из обсуждения его красивого лица или очередных достижений, о которых говорит всё королевство.

– Сейчас моя очередь? – спрашиваю я, поняв, куда он меня ведёт.

– Да, я за тобой для этого и пришёл. Как оказалось, вовремя.

Я усмехаюсь.

– Да уж. Ещё быть чуть-чуть, и я сломала бы ему руку, которой он меня держал. Ты же знаешь, верно?

– Конечно, прелесть. Как я и сказал ранее, решил его пожалеть.

Мы направляемся в Корпус тренировок, расположенный на заднем дворе Школы. Он пуст. Специально для нас обоих.

Ученики никогда не отправляются на тренировки всем классом, а занимаются индивидуально со своим наставником. Считается, что Практическое Обучение Бою с монстрами должно подкрепляться полной сосредоточенностью на цели, без отвлекающих факторов.