— Мы охотились совсем недавно, и я не голодна. — Ответила она, избегая к нему приближаться, что бы он не почувствовал на ней запаха человеческой крови. Но он ничего не замечал, с ним происходила что-то странное. Да, он был голоден и еще — он был зол, как никогда.

— Ты пойдешь со мной или я пойду один? Это было скорее требование, чем просьба.

— А где Стефан? Почему он не с тобой?

В окно подул легкий ветерок, и Магда вздрогнула, она почувствовала запах, волнующий запах женщины, смертной женщины. Он был настолько силен, что напрочь забил запах ее любовника. Волна ревности поднялась в ней словно цунами, хотя раньше ничего подобного по отношению к смертным она не испытывала. Точнее не могла испытывать, от него никогда не пахло людьми.

— От тебя несет человечиной — сказала она — женщиной! Сильно несет! Как будто ты был с ней невероятно близок. Настолько, что ею пахнет твоя кожа и одежда.

Он поднял на нее глаза, зрачки полыхали алым огнем.

— Я голоден и я действительно встречался с женщиной. Это была дочь Кристины, мы обсуждали с ней вопросы недвижимости. Я был вынужден находиться очень близко от нее. Из-за этого я очень проголодался, я хочу, что бы ты поохотилась со мной. Сейчас!

И Магду озарило, в его глазах непросто голод, это жажда крови и плоти, он захотел ту женщину, именно желал ее, как мужчина. Но испугался что убьет, вот почему он так взбудоражен, вот почему так голоден. Он возбужден до предела, ему с трудом удалось с собой справиться, он в смятении и не в силах себя контролировать. Ведь у вампиров все чувства обострены и если они испытывают сильное влечение, то страсть пульсирует во всем теле, сводя с ума, смешиваясь с непреодолимым желанием вгрызться в плоть своей жертвы и испытать не с чем несравнимое наслаждение. Двойной оргазм, двойную разрядку, утоляя голод плоти. Ей это не понравилось, и Магда язвительно сказала:

— Грозный Черный Лев с трудом сдержался, что бы не разорвать маленькую овечку? Борешься с темными страстями, Влад? Она вкусно пахла, не так ли? Не так как все, ты почувствовал неудержимое плотское желание и голод, невыносимый голод, ты, который гордился тем, что никогда не испытывал ничего подобного! И ты испугался… сбежал… Неужели не решился овладеть смертной, боялся, что убьешь ее от силы эмоций? О, я права…

Он метнул на нее взгляд полный ненависти, и она осеклась, нутром почуяв опасность.

— Не тебе копаться в моих мыслях и чувствах, не твое дело, что именно я испытываю! Ты далеко заходишь Магда, не забывайся кто ты, а кто я! Ведь ты не хочешь мне наскучить? Мне не нужна ревнивая любовница! Я вернусь с охоты, и мы поговорим о юном музыканте, которого ты сосешь вот уже несколько недель, причем во всех смыслах этого слова. Вся комната провонялась его дешевым одеколоном, его спермой и кровью. Не думай, что я не знаю о твоих проделках. То, что я закрывал на это глаза, не значило, что мне об этом не известно. Когда вернусь, буду ждать твоих объяснений.

Влад исчез так же быстро, как и появился. Магда истерически засмеялась, но смех застрял у нее в горле, она почувствовала ревность, странную еще неосознанную ревность, чувство опасности. Боязнь потерять его навсегда была столь сильной, что от отчаянья она зарычала. Еще никогда Влад не был так груб с ней и не исчезал не попрощавшись. Ну и что! Пусть знает, что она не его раба, и не будет за ним бежать по первому его зову! Пусть охотиться один. Ей срочно была нужна разрядка, она позовет к себе музыканта и возможно сегодня же обратит его, Влад простит ей эту шалость. Тем более он был с ней груб, а ей нужно утешение. Немедленно.

Влад сидел в кресле в полной темноте. После внеплановой охоты он почувствовал насыщение и наконец-то расслабился. Молодая лань, которую он загнал в карпатских горах, отлично утолила его голод. Теперь ему хотелось привести свои мысли в порядок. Подумать о ней… Он почувствовал ее, как только она оказалась в лесу. Почуял ее запах, такой сильный манящий, совершенно не похожий на запах других людей. Он услышал легкие шаги совсем рядом и не удержался, ему захотелось ее увидеть. По сравнению с ней ее мать казалась блеклой тенью, портретом нарисованным в пастельных тонах, но сходство, несомненно, было. Девушка была яркой, живой, чего стоил только цвет ее волос, огненно рыжие. Они пахли полевыми цветами, когда последний раз он замечал запах цветов? Влад приблизился к ней и теперь слышал ее дыхание, слышал биение ее маленького сердечка, видел ее лицо, тело. Она казалась ему такой юной, такой хрупкой. Как же она красива, слепит как солнце. Да, она далека от совершенства вампира, но она живая и этим прекрасна — она настоящая…