- Я пойду на них прямо в лоб, ты нападешь сзади. Влад и Габриэль вы слева и справа. Габриэль, целься прямо в сердце. Застрелил, башку отрезал и пошел дальше.
Габриэль кивнул, хотя одно дело слышать, как они так просто об этом рассуждают, а другое убить кого-то, кто очень похож на человека. Влад бросил ему коробку с патронами.
- Здесь тридцать, осторожно, у тебя в кармане перчатки. Патроны смазаны вербным маслом.
Габриэль вопросительно посмотрел на короля.
- Дьвол, нет, ну он что совсем ничего не знает? – раздраженно спросил Ник и дернул затвор автомата, - Парень, если в этом мире и есть что-то, что может разъесть твои яйца быстрее, чем серная кислота – это верба. Проклятое растение смертоносно для нас в любом виде. Черт его знает, как оно подействует на тебя, ты у нас особенный, но лучше будь осторожней.
Габриэль сменил патроны, и посмотрел на Мстислава, ожидая команды. Адреналин зашкаливал с такой силой, что он слышал биение собственного сердца.
Мстислав кивнул ему и тихо сказал:
- Ну что? Готовы? По моей команде! Раз…два…три…пошли!
Габриэль сам не понимал, как все завертелось, возможно, потом он будет прокручивать в голове свой первый бой с бессмертными, но сейчас его беспокоило лишь одно – если они погибнут, остальные вампиры не пощадят Крис и Лину. Раздались многочисленные выстрелы, одновременно, с разных сторон. Некоторые из вампиров Северного клана замертво попадали в снег, окрашивая его в черный цвет. Габриэль видел, как ловко Ник и Влад рубят головы, как вырывают сердца. В долю секунды все вокруг превратилось в кровавое месиво. Дым. Запах гари. Все слишком реально, крики, мат, свист пуль, звук рвущейся плоти, ошметки кожи и чьих-то мозгов. Тела, превращающиеся в пепел у него на глазах и все это в то время, когда он сам бил, резал, колол. Он уже не чувствовал себя прежним, ярость и запах крови противника будили самые примитивные инстинкты. Клыки вырвались наружу, в руках появилась мощь, красная пелена застилала глаза. Он превратился в машину для убийства, такую же, как и его друзья и…самое страшное…ему это нравилось.
Изгой ловко, словно танцуя смертоносный танец, рубил направо и налево, и головы вампиров слетали с плеч как кочаны капусты. Пули свистели прямо у висков, пролетали мимо, казалось, что Габриэль видит этот хаос со стороны. Все органы чувств обострились, и каждая пуля пролетала, как, в замедленной пленке, давая ему возможность увернуться. Он видел ее калибр, цвет и мысленно просчитывал траекторию. Это было непередаваемо, словно у него в голове мини-датчик, присоединенный к сверхмощному компьютеру.
Настоящая мясорубка. Габриэль бил по привычке, по инерции, каждый удар в цель, отточен и отрепетирован тысячу раз. Его самого ранили несколько раз, простые царапины, но кровь уже залила правую сторону лица, куртка превратилась в лохмотья. На теле многочисленные порезы и следы от укусов, но он не чувствовал боли. Словно принял наркотик, превративший его в робота. Габриэль сам резал противника, вгонял кинжал прямо в сердце, и черная кровь врагов брызгала ему на ноги и одежду.
Один из светловолосых вампиров набросился ему на спину, клыки вонзились ему в затылок. Габриэль попытался сбросить противника, но тот захватил его горло рукой, а другая, с деревянным кинжалом, неумолимо приближалась к его груди. Габриэль упал на спину, придавливая врага всем телом, но тот нанес несколько ран Габриэлю в бок и ловко оказался сверху, замахнулся… и вдруг, из его горла хлынула кровь. Только сейчас парень заметил в груди вампира маленькую дырочку. Его застрелили, прежде чем он успел убить Габриэля.
Парень сбросил мертвого противника, вскочил на ноги и вонзил кинжал в сердце врага. Все еще, стоя на одном колене, сжимая окровавленную рукоятку сильными пальцами, он поднял голову и увидел, как Крис опустила автомат, а затем махнула ему рукой. Габриэль вытер кровь с лица тыльной стороной ладони и поднял вверх большой палец, она кивнула и тут же припала к оптическому прицелу, выстрелила снова. Кто-то рядом вскрикнул и упал навзничь. Дьявол, пока Габриэль засмотрелся на Крис, его, во-второй раз, чуть не убили.
Изгой подскочил к поверженному вампиру и отрезал ему голову, а Ник крикнул издалека:
- Будешь ворон считать, воскреснет и добьет тебя. Или голова или сердце. Это тебе не драка на спортплощадке.
Похоже, бой окончен, они расправились со всеми. Ник матерился, вытирая кровь с лица. Потом избавился от изодранной в клочья кожаной куртки, посмотрел на окровавленные руки и рубашку.
- Это была моя любимая рубашка от "Армани", уроды.
Влад хладнокровно подсчитывал трупы, точнее то, что от них осталось – кучки пепла. Изгой аккуратно засунул меч в ножны.