Ник проводил Лину взглядом полным тоски, эти последние дни стали для него невыносимой пыткой. Он не мог спокойно смириться с тем на что они посылали Лину. Николас прекрасно осознавал все последствия провала, второго шанса не будет и поблажек тоже, стоит Антуану хоть что - то заподозрить, Лина погибнет и смерть ее будет ужасной и мучительной. Фэй по-прежнему не смогла вернуть свои магические способности и стала совершенно бесполезной в плане предсказания будущего, поэтому наверняка они ничего не знали. Проклятый Совет, что им стоило принять его предложение, а не этой взбалмошной девчонки, которой месть мешала трезво мыслить. Лина считала, что у нее все получится, но он слабо в это верил. Хоть на тренировках девушка показывала отличные результаты, она по прежнему "новичок", чтобы набраться истинных знаний и сил, нужны века, а у нее всего - то один месяц. Больше всего Нику претило, что Антуан может прикоснуться к ней, поцеловать, обнять, а еще хуже заняться с ней любовью. В глазах женщин этот монстр неотразим, Лина видела его только на фотографиях, но даже она отметила насколько необычайно он красив. Сочетание белоснежных, словно седых волос и стальных, белесых глаз производили на женщин неизгладимое впечатление. При жизни, до того как его обратили, Антуан был альбиносом, уже тогда его гены дали сбой и наделили странной, мистической внешностью. Лина сейчас слишком чувствительна и ранима, похоже, никто кроме него самого не замечал насколько она страдает. Каждую ночь Ник слышал из ее комнаты сдавленные рыдания, которые разрывали ему душу, а он ничем не мог помочь, утешить, он даже боялся, что она узнает о том как он следит за ней притаившись за окнами. Ее дикое отчаянье сводило его с ума, ему никогда не забыть той жуткой картины, которую он наблюдал в узкое окошко фамильного склепа. В тусклом свете свечей, Ник не сразу заметил девушку, но когда увидел, отшатнулся от окна и вздрогнул. Лина лежала на могильной плите лицом вниз, худенькое тело сотрясали рыдания, пальцы судорожно скребли по шершавой поверхности, ломая ногти до крови. Она провела там всю ночь, так же как и он под окнами, охраняя ее боль и покой. Каждая слезинка, стекавшая с любимых глаз, выжигала новую рану на его сердце. Как буд - то он чувствовал, что творится в ее душе. Девушка вышла из склепа с первыми лучами восходящего солнца, ее лицо бледное как мел выражало безмерную муку и пустоту, буд - то ее вывернули наизнанку и не оставили ничего живого. Словно она уже мертва и лишь тело продолжает жить своей размеренной, обыденной жизнью. Как же ему хотелось вдохнуть в нее кусочек счастья, забрать себе ее страдания, увидеть улыбку на ее лице, искреннюю, настоящую.
Ник мучился от своих чувств, стыдился своего неистового желания. Лина доверилась ему, она относится к нему как к другу. Если вдруг она узнает о его чувствах, низменных мечтах, это оскорбит ее. Вчера Самуил вывел его на откровенный разговор. Отец заметил, что сын ходит мрачнее тучи, словно тень прежнего Николаса, дерзкого, веселого, нахального - его не стало.
- Что с тобой Ник? Ты сам не свой, расскажи, поделись со мной, возможно, тебе станет легче.
Но как рассказать отцу о том, что он безумно влюблен в девушку своего брата? Разве это можно понять?
- Я не могу так больше - устало прошептал Ник - я медленно схожу с ума.
- Ник, я ничего не понимаю из твоих слов, ты говоришь загадками, я Фэй, скажи мне все как есть, ты не можешь продолжать все держать в себе.
- Ты возненавидишь меня, если узнаешь - простонал Ник и отвернулся, тут же почувствовал руку отца на своем плече.
- Ты мой сын, мой ребенок, нет ничего в этой жизни такого, за что я мог бы возненавидеть тебя. Кто я бог, чтобы судить? Дьявол, чтобы казнить? Я просто могу тебя выслушать, иногда это самое лучшее, что можно сделать.
Николас с отчаяньем посмотрел на отца, и его словно прорвало, как плотину под напором яростного потока:
- Все! Я не могу больше находится рядом с ней и скрывать свои чувства, не могу смотреть на нее, вдыхать ее запах, слышать голос. Страсть и порочные желания сводят меня с ума. Мне хочется сбежать, но даже этого я не в состоянии сделать, потому что вдали от нее просто умру. Господи, до чего я дошел как низко пал даже в своих глазах! - Ник схватился за голову - Я чувствую как начинаю ненавидеть Влада, даже тогда, когда они были счастливы вместе я не испытывал этого ужасного чувства, оно не грызло меня изнутри как червь. Но сейчас…Он стоит между нами грозной тенью. Меня мучает совесть и от этого я презираю себя. Возжелать девушку погибшего брата. Я - ничтожество…
Самуил вдруг рывком обнял сына, прижал его к себе.
- Не казни себя, разве мы можем приказывать нашему сердцу? Любовь вампира сильнее чем у простого смертного и любим мы всего лишь раз в жизни. Ты не должен так себя терзать…
- Он…я понимаю, что Влад никогда бы так со мной не поступил. Герой, честный, гордый, благородный, где мне с ним тягаться? Лина возвела его на пьедестал, она любит его так отчаянно, так безумно даже мертвого, а я потихоньку схожу с ума. Каждый раз, когда я ее вижу, я словно падаю в пропасть, у меня нет сил видеть ее слезы. Я понимаю, что мне никогда не занять его места в жизни Лины
Самуил тяжело вздохнул: