"Умная дрянь. Хочет втереться к моей в доверие. Неплохой ход. У них, у баб, этих всегда легко получается найти общий язык. С Аленой особо стараться не надо, можно заговорить о шмотках, сплетнях и она уже считает тебя лучшим другом. Пора уводить ее отсюда, пока не сболтнула лишнего"
Артур подошел к столику, попрощался с Германом и с тестем. Алена начала канючить, чем взбесила его еще больше.
— Я сказал, поехали. Устал я. Все, забирай свою сумочку и пошли.
Алена состроила несчастную гримасу, схватила мужа за рукав:
— Милый, я еще не доела свое горячее и Инга…
— Я сказал, поехали! — рявкнул Артур, и Рахманенко смерил его гневным взглядом, но и слова в защиту дочери не сказал. Алена засуетилась, виновато улыбнулась Инге. Артур попрощался с Новицким, пожелал удачи Инге, не преминув смерить ее презрительным взглядом.
Он шел быстро, совершенно не обращая внимания на едва поспевающую за ним Алену.
— Артур, а мы тут с Ингой…
— Алена, ты можешь помолчать хоть минуту?
Она казалось, его не слышала:
— Так вот мы договорились завтра вместе…
— Заткнись! Просто заткнись и садись в машину!
Артур резко распахнул перед женой дверцу "ауди", и та села на переднее сиденье. По щекам катились слезы. Артур тяжело вздохнул, стиснул челюсти. Уколов совести не было уже давно, жалость иногда появлялась, но ненадолго. Он завел двигатель и рванул с места.
— Ты кричишь на меня… Даже несмотря, что я беременная, ты не уделяешь мне внимание, ты…
Чернышев резко затормозил и посмотрел на жену:
— Алена, ты должна была об этом думать, когда выходила за меня замуж. Нет, я не правильно выразился, когда ты женила меня на себе, ты знала какой я и меняться я не собираюсь, а уж тем более ради тебя.
Алена вытерла слезы ладонью:
— Но я люблю тебя, ты же знаешь, как сильно я тебя люблю. Все эти годы… Неужели я не заслужила хоть капельку внимания…
— А я тебя нет! Алена, я тебя не люблю и никогда не любил. Никогда ничего не обещал. То, что твоему папочке и тебе удалось меня захомутать и, то, как вы это сделали, я тоже не забыл. А теперь просто помолчи и терпи. Ты хотела стать Еленой Чернышевой — ты ею стала, и ребенок твой будет носить мою фамилию. Все в жизни заладилось, Леночка, все прекрасно и так как ты хотела.
Алена закрыла лицо руками:
— Наш ребенок, Артур.
— Нет, милая, твой. Ты когда забеременеть собиралась, со мной посоветовалась? Ты спросила, хочу ли я стать отцом? Ты просто, наверняка, перестала пить свои проклятые таблетки и упс…забыла меня поставить об этом в известность. Правде ведь? Ну, скажи мне, что я ошибаюсь.
Артур снова тронулся с места, закурил.
— Конечно правда. Еще один способ привязать неугомонного мужа. Не волнуйся, милая, никуда я не денусь. Мы теперь с тобой одной ниточкой повязаны, одно дерьмо уже восемь лет хлебаем. Так что могла и не беременеть, а вообще мне все равно — хочешь рожать рожай. Только любви от меня и радости особой не жди.
— Я сделаю аборт, — крикнула Алена, размазывая слезы по щекам.
— Аборт? Сделаешь аборт, никогда меня больше не увидишь и плевать я хотел на твоего папочку. Никаких абортов. Слово это слышать не желаю. Залететь ума хватило? Теперь будешь рожать. Все, разговор окончен. И чтоб с этой…как ее там… Ингой, я тебя больше рядом не видел.
8 ЛЕТ НАЗАД АРТУР