– Я не могу взять тебя с собой, Елена, и я не хочу ссориться с Алексеем.

   Он оторвал ее от себя, оттолкнул и принялся надевать сапоги.

   – Но почему? Нас с ним ничто не держит, у нас нет детей, и наверно уже не будет, скорей всего кто-то из нас бесплоден. О, Самуил, ты едешь к другой, я знаю. Коварные мужчины, вы добиваетесь женщину, а потом бросаетесь в погоню за новой добычей.

   Самуилу уже начал надоедать этот разговор. Он недовольно поморщился.

   – У меня нет другой женщины, Елена. Прекрати истерику, если бы я знал, как ты все усложнишь, я бы и не подумал продолжать эти отношения. Будь хорошей девочкой, давай останемся друзьями.

   – Друзьями?! Будь ты проклят, Самуил Мокану, ты соблазнил меня, ты приходил в мои покои, а теперь ты бросаешь меня, как надоевшую игрушку?! Так знай, пока я жива, ты не переступишь порог этого дома.

   Самуил криво усмехнулся.

   – Ну, если ты этого хочешь – пожалуйста.

   Он направился к двери, но Елена догнала его, упала на колени, обхватив руками его ноги.

   – Не пущу, – зарыдала она, – Самуил, любимый. Нет жизни без тебя, не оставляй меня, молю. Я с ума сойду. Рабой твоей буду, служанкой. Согласна терпеть любые обиды. Возьми меня с собой… возьми меня с собой.

   Но Самуил с раздражением отбросил ее в сторону и вышел из спальни. Он слышал, как она громко рыдает в своей комнате, зовет его по имени. Чувство вины гнало его прочь из этого дома. Он предатель, подлый предатель, он возжелал жену друга, а потом сбежал, словно трус. Нет теперь возврата в этот дом, придется находить новых людей, новые знакомства. Нужно вернуться в Румынию, там торговля деревом будет процветать. Мысль о друге вновь кольнула укором совести, но он спрятал ее поглубже. Самуил надеялся, что всё-таки Елена не так глупа и не станет каяться перед Алексеем в измене. Через время страсти улягутся и возможно, он сможет вернуться. Эх, кобелиная его натура, все перепоганил, и зачем ему нужна Елена, когда баб вокруг пруд пруди? Пес он шелудивый, вот кто, ничего святого за душой нет.

– О чем задумался?

   Самуил словно очнулся от сна и посмотрел на сестру.

– Да так, ни о чем.

– Снова воспоминания? Опять грызешь себя?

   Он не ответил, продолжая смотреть на дорогу.

– Не хочешь признаваться? Думаешь, я не знаю?

– Ничего я не думаю, Фэй. Хватит об этом. У нас есть проблемы поважнее этой.

– И эту проблему зовут Ангелина?

   Самуил усмехнулся, как всегда, Фэй все знала.

– Да, эта проблема, как ты выразилась, дочь Кристины. У нее есть дневник, где скорей всего сказано о кольце. Нам нужны эти записи. Самое неприятное в этой истории, что Влад, кажется, влюбился в смертную, а я ничего не могу с этим поделать.

   Фэй загадочно улыбнулась.

– Он так похож на своего отца.

   Самуил бросил на нее гневный взгляд:

– На чужих ошибках учатся, а он повторяет их с завидной точностью. Нам нужна холодная голова и трезвый рассудок, он уже не будет объективен. Новая слабость, нового короля. Из-за этой девчонки он станет уязвим.

   Фэй все равно оставалась спокойной.

– Не думаю, что в этот раз все повторится. Нет, теперь все иначе. Ты должен с ним поговорить, должен все ему рассказать. Ты же знаешь, как ему будет больно, если это будет кто-то другой, а не ты. Хватит тайн, Самуил, их и так слишком много в нашей жизни. Братству пора узнать, почему ты сделал Влада своим наследником. Может тогда и Николас успокоится, поймет.

– Николас паршивая бешеная собака, – сказал с ненавистью Самуил, – и он ничего не поймет. Он жаждет власти, узнает правду и взбесится еще больше.

   Самуил начал злится, он знал, насколько права Фэй, дальше скрывать не имело смысла, при нынешних обстоятельствах правда очень скоро выйдет наружу.

– Я хочу, чтобы Влад знал, что, если ты будешь смертельно ранен, только его кровь сможет вернуть тебя к жизни. Только кровь вампира с одним и тем же ДНК, с одной и той же цепочкой. Кровь прямого родственника.

– Это самое последнее, о чем я сейчас думаю, – возразил ей брат.

– И напрасно! Если начнется война, все может случиться.

        Они подъехали к частному аэропорту, расположенному на скрытой военной базе. Там их уже ждал вертолет и верные подданные Самуила. Фэй набросила на плечи плащ, скрыла лицо под капюшоном и темными очками. Они быстро поднялись по трапу, и «железная стрекоза» с оглушительным рычанием взмыла в небо.

Влад смотрел на горизонт с головокружительной высоты. Он стоял на одной из самых верхних веток могучей ели. Влад всегда любил взлетать повыше, исчезать в просторах лазурной глади, сливаться с бесконечной синей бездной. Простор. Свобода.