- Слушай, я спать хочу. Я сегодня устала, может, завтра поговорим?!

- Ника, это Андрей.

Сердце ухнуло вниз, закружилась голова, а ноги подкосились. Рухнула на стул и прижала руки к груди. Бросила взгляд на дочерей - играют молча у искусственной елки. Отодвинула трубку от уха. Опустит на рычаг и все исчезнет. Не смогла.

- Да.

- Ты не занята? Я так понял, ждала кого-то другого?

- Слушаю тебя внимательно.

Обойдется на такие вопросы ответы требовать.

- Я тут подумал, может... встретимся?

- Нет! - Помимо воли не заметила, что кричит.

- Пойдем завтра поужинаем? Столько лет не виделись. Поговорим. Мы ведь не враги.

«Враги, мать твою! Мы враги! Ты мой самый первый враг и единственный!»

 Ника прикусила губу до крови, пальцы на трубке побелели от сильного напряжения.

- Я завтра занята.

Тишина... Слышно его дыхание...

- Хорошо, тогда послезавтра.

Теперь она молчит. Хочет закричать на него снова и не может. В горле застрял ком.

- Во сколько за тобой приехать?

«Нет, только не это!».

- Я сама приеду. Куда?

- Давай на Садовом. Помнишь то кафе?

Ника зажмурилась, сдерживая бешеный стук сердца. Конечно, помнит - это их кафе.

- Помню.

- Тогда вечером на Садовом? Я буду ждать тебя в восемь?

- Да.

Швырнула трубку и стиснула зубы с такой силой, что заболели скулы.

«Ты что творишь, Серебрякова? Зачем согласилась? Дура! Почему не гонишь в шею?»

***

Ника боязливо посмотрела на мать - хоть бы не догадалась. Анастасия Павловна такой разнос ей устроит, что мало не покажется, и будет права. Дочки, как котята, ворошатся с новыми игрушками. При взгляде на них на душе потеплело. Хоть у кого-то сегодня праздник. Вспомнила, как уезжала из роддома домой. Кроме мамы и Светки никто не приехал. Медсестра еще масла в огонь подлила: «А деток нужно мужчине выносить, где ваш папка?». Мама со Светкой так на нее посмотрели, что бедняга тут же убежала. А что, если Асланов узнает о детях? Как он себя поведет? Вдруг отнимет? С его-то возможностями и бабками любой комитет можно подкупить. Ужас тут же сковал льдом. Бросилась к девочкам, расцеловала. Прижала к себе. Малышки попытались освободиться, чтобы продолжить играть. Ника позволила им соскользнуть на пол. В дверь позвонили.

- Ну и кого там несет нелегкая? - Проворчала мама, выглянула из кухни с чайником в руках.

- Сейчас посмотрю. Ма, это Светка.

Подруга ворвалась в дом как ураган. Запах терпких духов, сигарет и снега. Светка приносила с собой хаос, она словно торнадо закручивает вокруг себя все и всех. Она тряхнула выкрашенной в блонд шевелюрой, и тающие снежинки посыпались на пол.

- Ника! Сестренка-а-а! А я крестницам медку притащила, сперла потихоньку. Нам вчера свеженького завезли. Да и яблочек с мандаринками. Нам с тобой - шоколадку. Анастасия Павловна, чайничек поставите?

- Да уже и закипел, вроде. Светуль, ты проходи. Не толпитесь в дверях, а то сквозняк, девочки только из простуды вылезли.

Ника повесила полушубок Светы и взяла из рук пакеты.

- Ну, ты даешь! Спасибо, Светик, но не надо было... так неудобно.

- Серебрякова, если ты сейчас не замолчишь - дам в глаз. Я не тебе принесла, а моим ангелочкам. Спиногрызики, вы чего мамку вторую не встречаете?

Дочки радостно подлетели к крестной, обняли за ноги с двух сторон. Из всех друзей только Света различала девочек. Никогда не путала, кто есть кто. А ведь и правда вторая мама, сколько раз помогала, и ночами сидела, и из садика забирала. Таких подруг как Светка раз и обчелся.

- А нам мама иглушки принесла. Вот смотли, у меня зая.

- А у меня кися.

Светка присела на корточки, расцеловала детишек, с интересом рассмотрела подарки и ее брови удивленно поползли вверх.

- Серебрякова, игрушки где купила? Качественные и дорогие...

Ника тут же поняла ход ее мыслей.

- Свет, я тебе кофе сделаю, пойдем на балкон, поговорим.

Ника многозначительно посмотрела в сторону кухни, показывая подруге, что мама все слышит. Светка понимающе кивнула, затем с диким визгом повалила крестниц на ковер, щипая за животики. Малышки заливаются от смеха, пинаясь и брыкаясь. Светка всегда устраивала им маленький праздник, а они любили ее до безумия. Бедняжки, некому с ними даже поиграть. Ника на работе, мама еле ноги передвигает. На улице с ребятишками отцы резвятся: на плечи сажают, подбрасывают, а ее девочки с нескрываемым восторгом смотрят со стороны. Скоро зададут самый страшный и неприятный вопрос: «Мама, а где наш папа?»

***

- Абалдеть! Вернулся-таки гад? Вот, блин, мир тесен. Надо ж было тебе его встретить. Ну что стоишь бледная, как поганка? Объявился и хорошо, пусть за четыре года алименты отдает.

Светка отпила кофе и затянулась сигаретой.