Стоя в тени коридора, я продолжала слушать разговор, каждое слово которого было для меня ударом.

- Эта женщина не станет матерью Шамилю. Она вообще никем не станет. Это ненадолго. Внук поиграется и уберет ее... – слова Зулейхи были полны презрения и уверенности в том, что мое присутствие здесь – лишь временное. Мужской голос спросил:

- Как Мадина восприняла это?

И ответ Зулейхи заставил меня замереть:

- Ужасно, бедная девочка проплакала всю ночь, я не отходила от нее. Марат поступил ужасно... ведь был договор. Мы с детства знали, что они поженятся. Разрушил ее мечты…придется искать жениха и выдавать замуж. А ведь мы ждали ее совершеннолетия. Я стиснула кулаки и закусила губу, пытаясь сдержать слезы. Так вот что... Мадина, двоюродная сестра Марата, должна была стать его женой. Сколько же еще врагов у меня здесь, в этом доме? Внезапно Зулейха вышла из-за угла и увидела меня. Ее глаза округлились от удивления, а я, не зная, как себя вести, склонила голову и тихо произнесла:

- Доброе утро, бабушка, - глядя в пол. Мне было тяжело смотреть ей в глаза, зная, что она видит во мне не человека, а преграду на пути к счастью ее внучки. В этот момент я ощутила себя еще более одинокой и ненужной, чем когда-либо. Мне хотелось убежать оттуда, скрыться от всех этих взглядов и слов, но я понимала, что мне некуда бежать. Я была поймана в ловушку обстоятельств, из которой не было выхода.

Зулейха возвышалась надо мной, и я чувствовала её властное присутствие каждой клеткой своего тела. Её оливковые глаза смотрели на меня с непроницаемым выражением, губы были плотно сжаты. Когда она, наконец, произнесла

- Доброе утро, в её голосе звучала едва уловимая нотка раздражения. На её руках лениво расположилась толстая черно-белая кошка, которая безразлично осматривала окружающих. Не зная, как правильно себя вести, я инстинктивно протянула руку и начала чесать кошку за ушами. Животное приоткрыло один глаз и уставилось на меня.Ее глаза были ярко-желтого цвета, очень хитрые. Но у меня с детства слабость к кошкам. Я обожаю животных. Любых. Любое живое существо вызывает во мне умиление. На мгновение в комнате воцарилась тишина. Управляющий и Зулейха замерли, наблюдая за происходящим. К моему удивлению, кошка приподнялась и позволила мне её погладить. Неожиданно она потерлась об мою руку и прикрыла глаза, словно проявляя благосклонность. Этот небольшой жест от животного вызвал удивление у Зулейхи и управляющего, которые обменялись быстрыми взглядами.

- Доброе утро, – повторила Зулейха, на этот раз её голос звучал чуть теплее, когда она отпустила кошку на пол. Животное начало тереться о мои ноги, вызвав легкое поднятие брови у бабушки Марата. Как будто они ожидали, что кошка меня сожрет. Затем Зулейха скомандовала:

- Быстро завтракать!

***

За завтраком атмосфера оставалась напряженной, но в то же время каким-то образом в ней чувствовалась официальность и порядок, которые, видимо, были привычны для этого дома. Стол был накрыт изысканно, каждая деталь – от скатерти до сервировки – подчеркивала статус и вкус хозяев. На столе красовались блюда из тонко нарезанных фруктов, свежевыжатые соки, ароматные круассаны и разнообразные местные деликатесы. Лаура и Мадина также присутствовали за столом. Лаура встретила меня взглядом, в котором читалось любопытство, но не лишенное некоторой доли скептицизма. Ну не презрения и уже хорошо…Интересно если бы они узнали какая я на самом деле грязная и что со мной произошло они бы сели со мной за один стол? Наверняка бы нет. И от этой мысли меня затошнило. Мадина, девушка, влюбленная в Марата, смотрела на меня с совершенно иной эмоцией. В её глазах я увидела боль, разочарование и что-то вроде тихого отчаяния вместе с адской ненавистью ко мне. Она была красива, её черты лица были нежными и изящными, но грусть омрачала её красоту. Зулейха сидела во главе стола, внимательно наблюдая за всеми и контролируя ход завтрака. Она время от времени задавала вопросы, поддерживая разговор. К ней явно относились с огромным уважением. Было видно какое огромное влияние имеет эта женщина в доме. Я старалась вести себя как можно более нейтрально, не показывая своего внутреннего волнения. Каждый кусочек пищи на моем языке казался безвкусным, и я еле заставляла себя глотать. Я ощущала на себе взгляды всех присутствующих, и это чувство наблюдения делало меня еще более напряженной. Завтрак проходил формально, но в тоже время каждый словно наблюдал за другим. В воздухе витало ощущение невысказанных слов. В мой адрес. Я явно ощущала это напряжение. Это было похоже на молчаливую битву взглядов и эмоций, где каждый старался скрыть свою истинную сущность за маской вежливости и благопристойности. У меня появилось ощущение, что я нахожусь в серпентарии. И самая главная змея – во главе стола. Меня что-то тронуло под столом и ко мне на колени мягко запрыгнула черно-белая кошка.