Он стоял у двери, опираясь на косяк, руки в карманах. Его глаза смотрели на меня так, будто он боялся, что я исчезну. Он не говорил. Только смотрел.

Я сделала шаг к нему. Потом ещё один. Мои пальцы осторожно нашли его руку. Я взяла её, сжала, почувствовала, как она дрожит.

— Мы дома, Тамир, — сказала я тихо, но твёрдо.

Его взгляд опустился на наши переплетённые пальцы. Он кивнул, но ничего не ответил.

Я знала, о чём он думал.

Крики. Взрывы. Шахты.

Как я выбралась из дыма. Как он стоял там, в этой пыли, с глазами, полными ужаса.

Он всё ещё был там.

Но я здесь.

Я с ним.

Он молчал.

Я знала, что его раздирает изнутри. Я видела, как его плечи были напряжены, как его дыхание было слишком глубоким, слишком тяжёлым.

— Я думал, что потерял тебя, — вдруг вырвалось из его уст.

Его голос был хриплым, низким, но в нём звучало всё — боль, страх, отчаяние.

Я повернула голову к нему.

— Когда я увидел этот взрыв… — он закрыл лицо руками, пальцы вонзились в волосы. — Я не мог дышать.

Его голос задрожал.

— В тот момент всё перестало иметь значение, Диана. Всё. Я хотел только одного — быть там с тобой. И знаешь…я бы сжег себя прямо там.

Моё сердце сжалось.

Я почувствовала, как глаза наполняются слезами, но не сказала ничего.

Он продолжил.

— Я не знаю… — он сделал глубокий вдох, тяжёлый, как его слова. — Я не знаю, что я сделал, чтобы заслужить тебя.

Я потянулась к нему, но он остановил меня взглядом.

— Но ты должна знать одно, — его голос стал твёрже. — Я бы отдал всё, чтобы ты была в безопасности.

Его глаза встретились с моими. Я видела в них всё: страх, который он пытался скрыть. Боль, которая разрывала его на части. И я поняла, что он держал это в себе всё это время. Я придвинулась ближе и подняла руки к его лицу.

Мои пальцы осторожно коснулись его щёк, обрамляя его лицо. Он замер.

— Ты не должен быть сильным рядом со мной, Тамир, — сказала я тихо.

Он посмотрел на меня, его глаза блестели.

— Ты можешь быть таким, какой ты есть, — я продолжила, несмотря на дрожь в своём голосе. — Я люблю тебя всего. Со всеми твоими страхами. Со всей твоей болью. Со всеми твоими шрамами.

Его взгляд был неподвижным. Он смотрел на меня так, будто не мог поверить, что я это говорю.

Я улыбнулась, слегка.

— Ты не должен ничего доказывать мне. Я знаю, кто ты.

И тогда я увидела, как внутри него что-то сломалось. Не та стена, что он возводил между собой и миром, а та, что он возводил вокруг своего сердца.

Его руки поднялись, обвили меня. Он прижал меня к себе так крепко, что я чуть не вскрикнула, но это было не важно.

Его плечи дрожали.

Я услышала его тихий выдох, полный всего того, что он так долго держал в себе.

— Диана… — прошептал он, и его голос звучал, как крик души, хоть он и был тихим.

Я обняла его в ответ. Он так старался держать дистанцию. Так боялся сделать лишний шаг. Но я больше не могла позволить ему отступать.

Я сделала шаг вперёд. Один маленький шаг.

Его глаза тут же метнулись ко мне, как у зверя, который попал в ловушку.

— Диана… — начал он, но его голос дрогнул.

Я не остановилась. Я осторожно протянула руку и коснулась его ладони. Пальцы сжали его чуть крепче, чем следовало, как будто я боялась, что он снова исчезнет.

Он напрягся.

— Не бойся, — прошептала я. — я просто дотрагиваюсь до тебя. Ты всегда можешь сказать мне стоп и я остановлюсь и мы попробуем снова в другой раз. И еще и еще…

Я скользнула пальцами вверх, коснулась его запястья, поднялась к лицу. Его дыхание стало неровным, но он не двигался, будто боялся разрушить этот момент. Я осторожно провела пальцами по его щеке, затем коснулась шрама у виска. Он закрыл глаза, как будто этот жест причинял ему боль.

— Я знаю, что ты боишься, — сказала я, и мой голос дрогнул. — Но я с тобой. И я никогда не сделаю тебе больно. Ни физически, ни морально…

Его глаза открылись.

И в этом взгляде я увидела всё: страх, боль, которую он так долго прятал, и надежду, которую он не позволял себе чувствовать.

Мои пальцы продолжали скользить по его шрамам, по линии подбородка, затем вниз, к шее.

— Позволь мне быть рядом, — шепнула я.

Его рука медленно поднялась.

Я почувствовала, как его пальцы осторожно коснулись моего лица, словно он боялся, что я исчезну, что это всё иллюзия. Он наклонился ближе. Его дыхание касалось моих губ. Мягко. Осторожно. Первый поцелуй был таким хрупким, что казалось, он может сломаться.

Я ответила, обвила его шею руками, прижимаясь ближе.

Его губы дрожали, но он продолжал. Его руки поднялись, обняли меня, притянули ближе.

— Ты можешь, — прошептала я, оторвавшись от его губ. — Я с тобой.